Верховный Суд согласился с более суровым приговором апелляционной инстанции

17:00, 10 августа 2017
ВСУ разъяснил, почему, меняя приговор суда первой инстанции, апелляционный суд не обязан исследовать все доказательства.
Верховный Суд согласился с более суровым приговором апелляционной инстанции

20 апреля 2017 г. Судебная палата по уголовным делам Верховного Суда Украины (ВСУ) вынесла постановление № 5-465кс(15)16 в деле о пересмотре судебных решений, которыми 3 года ограничения свободы были заменены на 9 лет лишения свободы.

Девять вместо трех

В июне 2014 г. Осужденный распивал спиртные напитки со своим другом. Друг рассказал о том, что его сотрудник должен ему денег. Желая помочь другу в возврате долга, Осужденный созвонился с Должником и инициировал встречу. Во время встречи между Осужденным и Должником разгорелся спор, который перерос в потасовку. Оба мужчин упали на землю. Должник схватил Осужденного за горло и попытался задушить. В свою очередь Осужденный нащупал колющий предмет и нанес четыре удара в разные части тела Должника. В результате одного из ударов Должник скончался. Осужденный получил легкие телесные повреждения, повлекшие кратковременное расстройство здоровья.

Суд первой инстанции осудил Осужденного по ч. 1 ст. 118 Уголовного кодекса (Умышленное убийство при превышении мер необходимой самообороны), приговорив к ограничению свободы сроком на 3 года. Апелляционный суд пересмотрел приговор в части квалификации и назначения наказания и осудил Осужденного по ч. 1 ст. 115 УК (Умышленное убийство), приговорив к лишению свободы сроком на 9 лет. Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел (ВССУ) оставил приговор апелляционной инстанции без изменений.

В заявлении в ВСУ защитник Осужденного попросил отменить вердикты апелляционного и кассационного судов на основании неодинакового применения ВССУ норм права, предусмотренных ст. ст. 23, 94, 95, п. 3 ч. 1 ст. 409, ст. 412, п. 1 ч. 1 ст. 438 УК, а также направить дело в апелляционный суд на новое рассмотрение.

Ненадлежащее рассмотрение

Заявитель отметил, что суд апелляционной инстанции, согласившись с установленными местным судом фактическими обстоятельствами дела и непосредственно не исследовав доказательства во время апелляционного пересмотра уголовного производства, не вправе был дать другую квалификацию действиям Осужденного. Однако, ложно истолковав нормы ст. 23, 94 и 95 Уголовного процессуального кодекса, суд, по сути, переоценил доказательства, исследованные в суде первой инстанции, и пришел к ошибочному выводу о необходимости переквалификации действий Осужденного.

В качестве примера правильного применения норм права, предусмотренных уголовным процессуальным законом, Заявитель приводит выводы, изложенные в постановлениях ВССУ от 13 сентября и 18 и 25 октября 2016 года.

Также Заявитель отмечает, что апелляционный суд во время пересмотра приговора, фактически ухудшил положение Осужденного, чем нарушил п.п. 1 и 3 «d» статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Эти нормы требуют предоставить подсудимому надлежащую возможность отрицать показания свидетеля обвинения и допросить его или при предоставлении последним своих показаний, или позже.

Кроме того, Заявитель опирается на правовую позицию ВСУ, изложенную в постановлении от 21 января 2016 г. в деле №5-249кс15. В тексте документа речь идет о том, что, если встает вопрос об установлении определенного факта иным способом, чем это сделал суд первой инстанции, апелляционный суд должен исследовать доказательства в полном объеме. 

Отказ в удовлетворении

Изучив материалы дела, Судебная палата по уголовным делам ВСУ установила следующее. Наличие оснований для изменения приговора или принятия апелляционным судом нового приговора не порождает для этого суда обязанности исследовать всю совокупность доказательств с соблюдением принципа непосредственности, если он по-новому (иначе) не объясняет доказательства, оцененные в суде первой инстанции. Если бы выводы суда апелляционной инстанции, отличные от выводов суда первой инстанции, касались сущностных признаков доказательств - достоверности, относимости, допустимости - и именно это обусловило бы переквалификацию действий Осужденного, то тогда суд апелляционной инстанции был бы обязан исследовать доказательства с соблюдением требований ст. 23 УПК.

В деле Осужденного суд апелляционной инстанции не отрицал результатов оценки каждого из доказательств по признакам допустимости, относимости или достоверности, а оценки их в совокупности - по признаку достаточности и взаимосвязи для принятия решения о виновности в умышленном убийстве. При этом в пределах фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции, апелляционный суд пришел к иному правовому заключения относительно непребывания Осужденного в состоянии необходимой обороны. Это и обусловило изменение уголовно-правовой квалификации его действий со ст. 118 на ч. 1 ст. 115 УК.

Также было отмечено, что в постановлении №5-249кс15 речь идет о переоценке апелляционным судом доказательств с нарушением требований закона о непосредственности их исследования, поскольку одни свидетели, несмотря на ходатайство сторон, не были допрошены в апелляционном суде, тогда как другие свидетели дали показания, отличные от показаний, предоставленных ими в суде первой инстанции. Это привело к тому, что рассмотрение дела получило несправедливый характер, а право обвиняемого на защиту было ограничено.

Также различны с ситуацией Осужденного и выводы в постановлениях ВССУ, предоставленных Заявителем.

Таким образом, ВСУ посчитал, что аргументы Заявителя не нашли подтверждения, и в удовлетворении заявления отказал.

Особое мнение

Вместе с тем судья ВСУ Богдан Пошва изложил особое мнение, в котором отметил, что дело Осужденного должно было быть пересмотрено безотлагательно.

Ознакомившись с содержанием заявления, судья пришел к выводу, что речь идет о судебной ошибке, допущенной апелляционным судом. Дело в том, что установленные судом первой инстанции обстоятельства, с которыми согласился апелляционный суд, не содержат объективных данных о прямом умысле Осужденного относительно убийства должника.

Согласно с доктринальным толкованием ст. 115, ст. 118 УК и судебной практикой умышленное убийство характеризуется действием, а также причинно-следственной связью между этим действием и его последствиями. Тоже самое характерно и для умышленного убийства, совершенного при превышении границ необходимой самообороны. Однако отличительной чертой от умышленного убийства тут является мотив деяния — защита охраняемых законом прав и интересов от общественно опасного посягательства. Кроме того, объективная сторона деяния, предусмотренного ст. 118 УК, характеризируется еще и таким обязательным признаком, как обстоятельства притупления — умышленное убийство должно произойти при обстоятельствах необходимой обороны. При этом потерпевшим может быть лишь лицо, совершившее общественно опасное деяние.

Из установленных судом фактических обстоятельств дела, пишет Богдан Пошва, не возможно приди к выводу о том, что Осужденный совершил умышленное убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 115 УК. В своих показаниях он подчеркивал, что целью его визита к Должнику была помощь в возврате денег другу, которому следует заботиться о троих детях. Ни скандала, ни драки Осужденный устраивать не намеревался. Он не ожидал, что Должник будет настроен агрессивно, и в момент, когда тот напал, Осужденный воспринял это как реальную угрозу своей жизни. Эти показания не были опровергнуты доказательствами (в том числе и результатами судебно-медицинской экспертизы), поэтому легли в основу обвинения.

Повторный пересмотр, по мнению судьи, мог бы стать способом исправления судебной ошибки, допущенной апелляционным судом.

С полным текстом постановления и особого мнения можно ознакомиться здесь.

Напомним, ВСУ разъяснил, почему состояние алкогольного опьянения не является отягчающим обстоятельством при отказе потерпевших от заявлений.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
С какими проблемами столкнется Общественный совет добропорядочности осенью
Видео
Новости онлайн