Око ? за око, зуб ? за зуб!

11:53, 22 марта 2010
Газета: 27
В процессе изучения уголовного права Украины отечественная наука зачастую уделяет мало (или же совсем не...
Око ? за око, зуб ? за зуб!

В процессе изучения уголовного права Украины отечественная наука зачастую уделяет мало (или же совсем не уделяет) внимания той его части, которая посвящена мерам наказания. Оно и понятно – законодатель очень четко предусмотрел границы ответственности за каждое преступление. А поскольку большинство вопросов по части назначения наказания решаются путем простого перелистывания Уголовного кодекса Украины (далее – УК) на нужную страницу, то, наверное, незачем лишний раз углубляться в то, что лежит на поверхности.

Но так лишь кажется на первый взгляд. Анализ санкций Особой части УК дает основания говорить о проблемах дифференциации уголовной ответственности. Кроме того, строгость наказания, предусмотренного за совершение преступлений против жизни и здоровья, иногда необоснованно занижена по сравнению с наказаниями за посягательства на иные общественные отношения.

Очевидно, что один и тот же квалифицирующий признак (например, причиненные тяжкие последствия) должен в одинаковой мере влиять на увеличение типичного наказания, по крайней мере, за однородные преступления. В реальности же при наличии одинакового квалифицирующего признака при совершении разных преступлений мера наказания изменяется по-разному. К примеру, медиана наказания в виде лишения свободы на определенный срок за умышленное тяжкое телесное повреждение (ч. 1 ст. 121 УК) составляет 6,5 года. Когда же последствием является смерть лица, медиана наказания возрастает до 8,5 года или приблизительно в 1,3 раза. В то же время причинение тяжких последствий (которые охватывают не только смерть, но и менее общественно опасный вред) как результат заражения лица венерическим заболеванием (ст. 133 УК) увеличивает медиану наказания уже в 2,3 раза: с 1,5 года до 3,5 года.

Есть и другие примеры. Так, наступление смерти потерпевшей вследствие незаконного проведения аборта (ст. 134 УК) увеличивает меру наказания в 3 раза; вследствие лишения в опасности (ст. 135 УК) – в 3,7 раза; а смерть лица как результат неоказания помощи лицу, которое пребывает в опасном для жизни состоянии (ст. 136 УК) – в 12 раз. Следует отметить, что такие случаи характерны не только для преступлений против жизни и здоровья: к примеру, наступление смерти людей согласно ст. 161 УК увеличивает наказание в 2 раза, в то время как согласно ст. 194 УК – в 3,25 раза. При этом разное влияние определенного квалифицирующего признака на увеличение меры наказания не может, очевидно, объясняться стремлением законодателя установить одинаковую ответственность за преступления, следствием которых является смерть человека. Ведь медианы типичных наказаний в виде лишения свободы на определенный срок за преступления, квалифицирующим признаком которых является смерть лица, варьируются от 3 (ст. 134 УК) до 11 (ст. 147 УК) лет.

Следующий пример, по мнению авторов, является и наиболее колоритной иллюстрацией проблемы, и таким, который наименее легко поддается объяснению. Представим себе абстрактный избирательный процесс (благо, по понятным причинам мы сегодня можем сделать это без труда). Также представим себе троих вспыльчивых по натуре избирателей, начавших в разгар митинга в поддержку того или иного кандидата вслух эксплуатировать его национальное или этническое происхождение. Представим, как что-то выходит из-под контроля обеих сторон, и в возникшей давке гибнет несколько человек. Грустный итог, однако, трое виновников случившегося понесут максимально суровое наказание, предусмотренное УК за подобные действия. Согласно ч. 3 ст. 161 УК такое наказание равно пяти годам лишения свободы. Предлагаем ненадолго запомнить эту цифру.

А теперь представим себе ту же избирательную кампанию, но уже других троих избирателей, которые, не желая никому зла, очень хотят поддержать кандидата, которому симпатизируют. А симпатизируют они ему настолько, что самостоятельно распространили ими же изготовленные агитационные материалы на общую сумму 300 тыс. гривен. Абсолютно безвозмездно для своего кандидата. Легко представить то удовлетворение, которое испытывают эти избиратели, сделав такой жест. Еще легче представить то удивление, с которым эти избиратели узнают, что их действия следует квалифицировать по ч. 3 ст. 159-1 УК. А теперь самое время вспомнить тот максимум в форме пяти лет лишения свободы, который грозит участникам предыдущей ситуации. Ведь за оказание финансовой поддержки в большом размере для осуществления избирательной кампании кандидату с нарушением установленного законом порядка, совершенное по предварительному сговору группой лиц, пять лет лишения свободы – это минимум, который предусматривает законодатель, тогда как максимум – 10. Такую ситуацию сложно объяснить, учитывая то, что жизнь человека является наивысшей социальной ценностью.

Приведенные примеры дают основания говорить о бессистемности дифференциации уголовной ответственности в отечественном законодательстве. При определении уголовно-правовых санкций надлежащим образом не учтена степень общественной опасности каждого конкретного деяния. Таким образом, возобновление системности в определении границ наказания является чрезвычайно актуальным. Для этого целесообразным представляется разработать формулу определения типичного наказания: наиболее распространенные квалифицирующие признаки предусмотреть в Общей части УК и установить для каждого из них коэффициент, который следует применять к наказанию, предусмотренному за деяние, которое содержит признаки основного состава преступления.

 

Виталий Савчук, Станислав Лобко, Карина Лютенко, специально

для «Судебно-юридической газеты»

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Юрист – больше не профессия: что предлагают реформаторы (видео)
Новости онлайн