Битва за Верховный Суд: продолжение войны или перемирие до осени?

09:13, 14 марта 2011
Газета: 77
Какие бы обвинения в
Битва за Верховный Суд: продолжение войны или перемирие до осени?

Какие бы обвинения в несостоятельности как руководителя не звучали в адрес Василия Онопенко, уходить с должности председателя ВСУ он не собирается – именно такую необычайную стойкость продемонстрировал глава Суда 11 марта 2011 г. в ходе заседания внеочередного Пленума по выражению ему судьями ВСУ недоверия.

В отличие от предыдущей неудачной попытки отправить г-на Онопенко в отставку, предпринятой некоторыми судьями в июне 2010 г., т. е. до внедрения судебной реформы (и когда состав суда был на 40 судей больше), в этот раз шанс получить ожидаемый результат был вполне реальным. Председатель ВСУ устоял, однако это заседание обнажило внутреннюю нестабильность, царящую в стенах наивысшего судебного органа.

Напомним, что именно «наивысшим органом правосудия» Верховный Суд задекларирован в Основном Законе страны, но его нынешние полномочия дают повод некоторым судьям сомневаться в содержании этого словосочетания. Что они открыто и высказали в ходе Пленума, фактически задав г-ну Онопенко вопрос: насколько ему нравится быть председателем того, чего, по сути, уже нет, и что он сделал для того, чтобы исправить ситуацию?

О перипетиях этого необычайно сильного по эмоциональному накалу Пленума «Судебно-юридическая газета» расскажет, как говорится, из первых уст.

Напомним, к началу марта стало известно, что инициативная группа в составе 19 судей ВСУ поставила свои подписи под представлением о выражении недоверия своему председателю. В нее вошли 7 человек из бывшей судебной палаты по административным спорам (т. е. весь состав, включая председателя Виктора Кривенко, судей Николая Гусака, Юрия Титова и др., в т. ч. и председателя ВККС Игоря Самсина), 7 – из уголовной, 4 – из гражданской и 1 судья Военной судебной коллегии ВСУ, а ныне – член ВККС Николай Пинчук. Обязанности по руководству этим действом возложили на судью ВСУ Лилию Григорьеву – она была назначена председателем Оргкомитета по выражению недоверия, ее замом стала Людмила Охримчук. Представление о выражении недоверия судьи мотивировали тем, что вместо того, чтобы занять четкую позицию, во время своих встреч с Президентом Украины г-н Онопенко поддерживал судебную реформу и указывал, что ее поддерживают и судьи ВСУ, хотя, по их мнению, новый закон фактически нивелировал статус ВСУ как наивысшего судебного органа. Также делался упор на политический характер заявлений председателя, что привело к негативному восприятию другими ветвями власти Верховного Суда и утрате доверия к нему общества.

Итак, инициаторам удалось сформировать необходимый пакет документов, назначить дату внеочередного Пленума, и они начали готовиться к обороне. До последнего дня не было ясно, допустят ли на заседание представителей СМИ. Очевидно, почувствовав себя достаточно уверенно, за день до заседания В. Онопенко все же решил сделать свое выступление публичным.


Дискуссия – шаг к победе над оппонентом


Возложив тяжелую ношу по руководству процессом на Лилию Григорьеву, инициаторы снятия председателя ВСУ с должности явно рассчитывали обойтись малой кровью. Отметим, что в 2006 г. Григорьева активно поддерживала г-на Онопенко во время его избирательной кампании на должность председателя. Очевидно, что с моральной точки зрения процедура носила для нее достаточно непростой характер. Как подчеркнул впоследствии и сам г-н Онопенко, «попытки собрать против меня подписи осуществлялись несколько лет подряд. Я никому мстить не буду. Более того, я подошел к Лилии Григорьевой. Она себя плохо чувствовала. Я успокоил ее и сказал, что здоровье ценнее, чем должность. Сегодня должность есть, а завтра нет».

Итак, после того, как прибывшие члены Пленума зарегистрировались, председательствующая г-жа Григорьева объявила, что Оргкомитет принял решение о закрытом порядке проведения заседания. На это сразу заявил свои возражения Василий Онопенко, что, по сути, положило начало полемике, которая распространилась и на другой вопрос – о возможности двух судей ВСУ, откомандированных на работу в ВККС, участвовать в заседании. Они, напомним, входили в число подписантов представления о выражении недоверия. Таким образом, лишение их права принимать участие и голосовать автоматически сократило бы число оппонентов Онопенко. Г-жа Григорьева попыталась было поставить точку в дискуссии, но после нескольких пассов со стороны оппонентов объявила голосование по вопросам открытости заседания Пленума и участия в нем судей Игоря Самсина и Николая Пинчука.

Не исключено, что полемика могла бы выстроиться иным образом, если бы главой Оргкомитета избрали Виктора Кривенко (см. Стенограмму). Как бы там ни было, но после голосования (по вопросу участия членов ВККС в заседании голоса разделились 17 «за», 31 «против», по вопросу открытости – 29 «за», 19 «против») стало ясно, что сторонники пребывания г-на Онопенко на должности одержали победу, что прибавило уверенности его последующей речи. Далее он получил возможность разобрать своих оппонентов «по кирпичикам», а некоторые обвинения откровенно проигнорировать.

Очевидно, что В. Онопенко и его сторонники хотели и вовсе свести инициативу на нет, не допустив вопрос к голосованию. Как только Пленум утвердил регламент заседания, председатель ВСУ задал Л. Григорьевой вопросы, касающиеся того, когда составлялся текст представления о выражении ему недоверия, где проходило заседание оргкомитета, присутствовали ли при этом И. Самсин и В. Кривенко.

Председатель Оргкомитета отметила, что заседание проводилось 23 февраля в кабинете г-на Кривенко. Также она подчеркнула: «Если Вы хотите знать, заплатили ли мне – мне не заплатили. Я денег за свою позицию не беру». В ответ г-н Онопенко заявил, что, согласно известной ему информации, В. Кривенко и И. Самсин в это время находились за пределами Украины. Г-н Самсин же подчеркнул, что он присутствовал при составлении текста представления: «Василий Васильевич, Вы прекрасно знаете, где и когда проходили все эти заседания».

После голосования диалог человека, стоящего на краю увольнения, с участниками заседания явно перерос в общение руководителя с «нашалившими» подчиненными. Председательствующая г-жа Григорьева лишь упомянула, что все позиции высказаны в тексте представления, не зачитывая его. Остальные претензии судьи высказывали путем реплик.

Финальное голосование прошло в закрытом режиме. Так, после выступления Онопенко и речи судьи ВСУ Валентина Косарева был объявлен перерыв для изготовления бюллетеней. Далее судьи удалились в совещательную комнату, где смогли определиться со своим выбором один на один с урной для голосования. Немного времени для подсчета – и счетная комиссия объявила результаты. Из 46 бюллетеней один оказался недействительным, 45 же голосов распределились следующим образом: 17 – за выражение недоверия, 28 – против. Результаты огласил Леонид Глос вместо Игоря Самсина, которого изначально планировалось назначить главой счетной комиссии.


Беда прошла мимо?


Успокоятся ли на этом оппоненты Василия Онопенко? Возможно несколько вариантов.

Во-первых, если законопроект ?7447 об «усовершенствовании работы ВСУ» пройдет парламент, включая норму о проведении ВККС своеобразного «кастинга» среди судей ВСУ, его придется проходить и г-ну Онопенко. Достаточно любопытно, какими могут быть результаты, учитывая, что двое членов Комиссии – судьи ВСУ, выступившие за выражение недоверия своему председателю. В случае, если он окажется не соответствующим критериям, указанным в Законе, ему вполне могут предложить покинуть Кловский дворец как судье, что автоматически означает лишение его административных полномочий.

Во-вторых, стоит упомянуть о возможности Высшего совета юстиции инициировать вопрос о привлечении судьи ВСУ к дисциплинарной ответственности, включая увольнение. Остается только отыскать причину для проверки, что, в принципе, возможно при тех заявлениях, которые прозвучали в ходе Пленума.

Стоит вспомнить, что у г-на Онопенко полномочия председателя в скором времени истекают сами по себе – 5-летний срок его пребывания на админдолжности заканчивается через полгода, 29 сентября. Теоретически, он может оставаться на ней и до конца 2011 г. – согласно с Регламентом ВСУ, «выборы председателя Верховного Суда Украины проводятся не позднее трех месяцев со дня окончания его полномочий или открытия вакансии по другим основаниям». Кроме того, В. Онопенко не лишен права вновь баллотироваться, хотя пробыть председателем еще одну «пятилетку» не сможет ввиду своего возраста – скоро ему исполнится 62 года. В любом случае вопрос о выражении ему недоверия в этом году вновь судьи ВСУ поднять не смогут (ч. 13 ст. 43 Закона «О судоустройстве и статусе судей»).


«Все будет хорошо»


Очевидно, что г-ну Онопенко в ближайшее время не стоит беспокоиться о своей судьбе. Но что будет с Верховным Судом? Вопрос, сколько судей останется в ВСУ, должен решиться на текущей неделе.

На среду, 16 марта, запланировано заседание Комитета ВР по вопросам правосудия, члены которого должны решить, в каком виде рекомендовать законопроект ?7447 к принятию во втором чтении. Отметим, что председатель ВСУ также собирается присутствовать на этом заседании. Комментируя ситуацию, он заверил, что не будет мстить судьям, выступившим против него, однако наиболее приемлемым считает состав ВСУ в количестве 44 судей (сейчас их 49).

Что же касается полномочий ВСУ, его председатель вновь заверил судей, что будет продолжать бороться за возобновление статуса Верховного Суда. Насколько успешными были предыдущие попытки, можно судить по нынешнему положению вещей. Любопытно также, как будет проходить дальнейшая защита позиций этого органа ввиду того, что Василий Онопенко в своих официальных пояснениях в ответ на представление о выражении ему недоверия заявляет: «В любом случае, председатель Верховного Суда не имел раньше и сегодня лишен властных полномочий для решения основных проблем не только всей судебной системы, но даже Верховного Суда Украины».

Таким образом, судьям остается ждать решения законодателя – как будут совершенствовать работу Верховного Суда, станет известно в ближайшее время.

Наталья Мамченко,

«Судебно-юридическая газета»


  Комментарии 


О режиме заседания


Василий Онопенко:


– Ст. 43 Закона «О судоустройстве и статусе судей», которая регламентирует порядок проведения заседания Пленума ВСУ относительно выражения недоверия председателю ВСУ, не предусматривает возможности проведения закрытого заседания. Тайным является лишь голосование. Принцип открытости, прозрачности власти означает обязанность государства обеспечить равный доступ граждан ко всей информации о деятельности власти. Точно так же сказано в Конституции. Я думаю, граждане Украины должны знать, по каким причинам ставится вопрос о выражении недоверия председателю Верховного Суда. Сегодня идет речь об увольнении меня с должности, и общество, поскольку это чрезвычайно важный вопрос, должно знать, по какой причине. ВСУ – не закрытая корпорация. Я считаю, что комитет не имел права принимать такого решения, и если его принимать, очевидно, стоит взять во внимание мнение всего Пленума, поэтому поставьте на голосование Пленума вопрос, в закрытом или открытом режиме проводить заседание.


Лилия Григорьева:


– Действительно, ч. 9 ст. 43 не прописывает весь порядок проведения этого Пленума, однако ст. 43 относит к полномочиям организационного комитета определение порядка проведения и процедуры голосования с учетом требований закона. Кроме того, к полномочиям оргкомитета относятся абсолютно все вопросы, связанные с рассмотрением Пленумом этого вопроса. Только три вопроса – относительно утверждения персонального состава счетной комиссии, формы бюллетеня и секретаря пленума – выносятся на заседание Пленума для рассмотрения путем голосования.

Ст. 45 Закона говорит о полномочиях Пленума по любому вопросу, кроме того, который вынесен на сегодняшнее заседание. В том числе в ст. 45 сказано, что действует Регламент Пленума. Все же вопросы, связанные с выражением недоверия председателю ВСУ, решаются лишь на основании ст. 43. И на сегодняшнем заседании Регламент не действует. Поэтому я этот вопрос не буду ставить на голосование – он решен организационным комитетом.


Об участии в Пленуме И. Самсина и Н. Пинчука

 

Валентин Косарев:


– Я предлагаю определиться с составом Пленума: будет ли правильно учитывать при голосовании голоса двух наших коллег, которые в Верховном Суде не работают. Я имею в виду Игоря Самсина и Николая Пинчука. Они работают в другом органе – Высшей квалификационной комиссии судей, получают там заработную плату, но по статусу являются судьями ВСУ. Я также хотел бы обратить внимание, что недавно в Верховном Суде слушалось дело, и когда зашел вопрос о кворуме, судьи приняли решение, что Самсин и Пинчук не имеют права принимать участие в конкретном деле. Тогда почему они принимают участие в заседании Пленума?


Игорь Самсин:


– Уважаемые коллеги, я хочу остановиться на нескольких моментах. Во-первых, Закон «О судоустройстве и статусе судей» не содержит каких-либо специальных норм, которые бы регулировали порядок участия судей ВСУ в Пленуме ВСУ. В частности, это касается и нас, двух судей, которые откомандированы на работу в Высшую квалифкомиссию судей. Учитывая это, применяются общие нормы закона. В ч. 4 ст. 53 Закона установлено, что судья по его заявлению может быть откомандирован на работу в Высший совет юстиции, Высшую квалификационную комиссию судей Украины с сохранением его заработка по основному месту работы. То есть законодатель указал, что основным местом работы для нас является Верховный Суд Украины. На сегодня мы с коллегой Николаем Пинчуком являемся судьями ВСУ. Согласно ч. 1 ст. 45, в состав Пленума ВСУ входят все судьи Верховного Суда. И отмечу, что Пленум не является судебным органом. Действительно, мы освобождены от исполнения своих судебных функций. Функция судьи – это осуществление правосудия. И вы правы в этом. Но лишить нас права принимать участие в заседаниях Пленума, собрании судей, других организационных мероприятиях вы просто не имеете права, потому что мы носим статус судьи точно так же, как и вы. Только один орган наделен правом лишить нас правового статуса судьи. Пленум ВСУ таким правом не наделен.


Анатолий Ярема:


– Согласно ч. 3 ст. 92, члены ВККС на время работы в Комиссии не могут выполнять профессиональные обязанности по основному месту работы. В соответствии со ст. 40, к полномочиям судей ВСУ относится участие в рассмотрении дел, вопросов, которые выносятся на заседание Пленума Верховного Суда Украины, и т. д. Таким образом, Игорь Самсин и Николай Пинчук не могут принимать участие в работе этого Пленума. Никто не оспаривает Ваш (реплика в сторону г-на Самсина – Ред.) статус как судьи. За Вами сохраняются все гарантии, предусмотренные для судей. Но на время пребывания на должности члена ВККС вы не можете выполнять ни одну из прописанных законом обязанностей судьи ВСУ.


Победителей не судят, или О претензиях к Василию Онопенко

(Стенограмма)


Виктор Кривенко: — Василий Васильевич, это все правильно, что Вы сказали в своих пояснениях. Но я хочу знать: что будет дальше? Как Вы собираетесь наладить отношения с высшими специализированными судами, исправлять ситуацию в системе, чтобы Верховный Суд был Верховным Судом?


Василий Онопенко: – Я буду делать то, что предусмотрено Конституцией и действующим законодательством. То, что я делал и до этого. Мне не стыдно за эти дела. Не только я один делал – мы вместе. И это достаточно убедительно показано на страницах моих пояснений, которые я составил для того, чтобы мы увидели, какую колоссальную работу проделали. То, что я не сделал, не от меня зависело. Но существует ли человек, который может все сделать сам? Мы вместе пойдем дальше. Я думаю, Вы, как и я, убеждены, что будет принят закон, в котором воплотятся рекомендации Венецианской комиссии, мы будем работать в составе 44 судей Верховного Суда и вместе будем исправлять ситуацию.


Виктор Кривенко: – Василий Васильевич, но если, по Вашим словам, так много сделано, почему мы в таком состоянии?


Василий Онопенко: – Виктор Васильевич, Вы знаете, что с октября 2006 г. и судебная система, и Верховный Суд были под чрезвычайным прессингом. Вы знаете, какие были предложены законопроекты – о ВСУ в составе 16 судей. И чего стоило и мне, и нам всем, и Совету судей Украины отстоять наши позиции. Да, я не святой. Я допускаю, что что-то не сделано. Но давайте посмотрим правде в глаза.


Виктор Кривенко: – Вы сами верите в то, что Верховный Суд возродится при Вашем руководстве?


Василий Онопенко: – Я лично верю в то, что ВСУ возродится. И он не уничтожен, несмотря на усилия некоторых лиц. И тем скорее он возродится, чем меньше будут вставлять палки в колеса. Я когда-то сказал, что Верховный Суд как корабль, который потопить невозможно, за исключением того, если пробоины в нем будет делать изнутри его же команда.


Юрий Титов (Онопенку): – Я последовательно критиковал Вас всегда. Сейчас, по прошествии времени, ответьте, чьими ошибками были те назначения на административные должности в судах, которые Вы инициировали? Не секрет, что за этими назначениями стояли именно Вы – сейчас, в свете событий, касающихся Вашей семьи, Вам не обидно за этих руководителей судов?


Василий Онопенко: – Мне обидно за тех судей, которые стоят на коленях и заглядывают в рот исполнительной власти. Мне стыдно за тех судей и местных, и апелляционных, и высших судов, которые не выдавили из себя раба, которого вызывают в соответствующий кабинет и дают ему указания. Да, что касается тех назначений, я признаю, что были ошибки. <…>


Николай Гусак: – Мне жаль констатировать, что утрачивается авторитет ВСУ, качество решений, которые принимаются ВСУ, мудрость этих решений. Есть вещи, которые могут улучшиться с помощью изменения организации работы суда. Я хочу сказать, что мы все должны покаяться. Мы слукавили, когда проголосовали за избрание Василия Онопенко председателем. Я понимаю сейчас и тогда понимал, что законных оснований для такого избрания не было: он не был судьей Верховного Суда Украины, он занимался политической деятельностью, которой нельзя заниматься судье. Если мы сейчас лишили права принимать участие в Пленуме наших коллег, которые работают в ВККС, как мы могли тогда голосовать за г-на Онопенко, который был народным депутатом? <…>


Виктор Кривенко: – Должность председателя Верховного Суда – это не награда за что-то. Это инструмент для работы, для того, чтобы обеспечить исполнение Верховным Судом всех функций. И выражение недоверия председателю – это не наказание, не привлечение его к ответственности. Это определение, верим мы или нет, что председатель ВСУ справится с теми задачами, которые перед ним поставлены. Я лично не верю из-за того, что мы на протяжении последних пяти лет пребываем в состоянии постоянной борьбы. Мы не работаем, а боремся: боролись с апелляционными судами, с высшими судами, с Кабинетом министров, Верховной Радой, с обоими Президентами. И до чего мы доборолись? До того, что у Верховного Суда ничего нет: не то, что нет процессуальных полномочий – у ВСУ функций нет. Мы доборолись до того, что ВСУ – лишнее звено в судебной системе. Завтра поставят вопрос, кто мы такие. Вот это результаты той борьбы, которая проводилась. Я сегодня задал вопрос Василию Васильевичу, что мы будем делать дальше, и он ответил: будем бороться, как боролись до этого. И к чему это приведет? Я не верю, что при таком руководстве мы исправим ситуацию в Верховном Суде и судебной системе.


Василий Онопенко: – Уважаемые коллеги! Я всегда с большим уважением относился и отношусь к мнению и позиции каждого из вас, поскольку за вашими плечами – огромный жизненный и профессиональный опыт. Убежден, что и сегодня именно эти составляющие помогут принять правильное решение и с достоинством выйти из непростой ситуации, сложившейся в Верховном Суде. <…>

Вопреки всему, Верховный Суд Украины фактически без полномочий, даже без помещений остается символом того, что не все в этом мире покупается и продается, что не всех можно загнать в стойло и заставить выполнять любые указания. <…> Считал и считаю честью быть председателем такого Верховного Суда Украины. Твердо убежден, что попытки изменить определенные Конституцией роль и место Верховного Суда Украины в судебной системе обречены на провал. И это прекрасно понимают те, кто в течение длительного времени пытался реализовать сценарий уничтожения Верховного Суда Украины, принимая для этого известные законодательные, административные и другие меры. Однако признать свое поражение и некомпетентность они не могут. Они также боятся ответственности за провал многих ключевых позиций судебной реформы. И сегодня мы являемся свидетелями их последней попытки поставить Верховный Суд на колени. <…>

Я готов отвечать за каждый свой поступок, каждое решение, каждое слово в должности Председателя Верховного Суда Украины. Верю, что все мы переживаем за судьбу Верховного Суда Украины. Знаю и то, что каждый из нас переживает за свое профессиональное будущее и свою судьбу. <…>

Пусть слова «мы не боимся» станут реальностью нашей жизни. В свое время Гилель – мудрец времен правления царя Ирода – сказал: «Если я не за себя, то кто же за меня? Если я только за себя, то зачем я?»


Виктор Кривенко: – Я не верил, как и не верю сейчас, что ситуация изменится, если мы будем продолжать организационными методами руководить судебной системой. А если ситуация не изменится, то Верховный Суд будет в еще худшем состоянии. Чей это проигрыш? Ничей. Это наш внутренний вопрос. Думаю, что именно те действия, которые совершало наше руководство на протяжении последних лет, привели к такому плачевному состоянию ВСУ.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Как собеседуют кандидатов в Верховный Суд
Фото
Видео
Новости онлайн