Александр Самойлов – бравый генерал, посредственный прокурор

10:16, 20 июня 2011
Газета: 91
Александр Николаевич Самойлов (1744
Александр Самойлов – бравый генерал, посредственный прокурор

Александр Николаевич Самойлов (1744 – 1814) – российский государственный деятель, генерал-прокурор

 

Граф Александр Николаевич Самойлов родился в 1744 г. В 16-летнем возрасте вступил рядовым в лейб-гвардии Семеновский полк, в составе которого спустя несколько лет, будучи уже офицером, принимал участие в русско-турецкой войне. За «храбрые и мужественные дела при Силистрии» он получил свою первую награду – орден Св. Георгия IV класса.

После войны положение молодого офицера при высочайшем дворе упрочилось. В 1775 г. ему был пожалован чин камер-юнкера и почти одновременно – новое престижное назначение правителя дел Совета при высочайшем дворе. В этой должности пребывал двенадцать лет, оставаясь в то же время на военной службе.

Во второй (при Екатерине II) русско-турецкой войне А. Н. Самойлов участвовал уже в чине генерал-поручика. Воинская колонна, которой он командовал, в декабре 1788 г. штурмовала Очаков. Во главе ее шел на приступ и Самойлов. За эту операцию он был удостоен ордена Св. Георгия II класса. Баталии, в которых принимал участие генерал-поручик Самойлов, следовали одна за другой. При взятии крепостей Каушаны, Килии и Бендеры он вновь отличился, за что получил орден Св. Александра Невского, а за штурм крепости Измаил 12 декабря 1790 г. его грудь украсила очередная награда – орден Св. Владимира I степени.

В 1791 г., после смерти Г. А. Потемкина-Таврического, Александр Самойлов по поручению Екатерины II некоторое время (до прибытия графа А. А. Безбородко) вел мирные переговоры с турками в Яссах. В конце января 1792 г. именно он привез Екатерине II известие о заключении выгодного для России мира. За это императрица лично «возложила» на его грудь орден Св. Андрея Первозванного и пожаловала ему 30 тыс. рублей.

17 сентября 1792 г. Екатерина II назначила Самойлова на «короткое время» генерал-прокурором Сената вместо тяжело больного князя А. А. Вяземского, а затем (20 декабря) утвердила его в этой должности, поручив одновременно управлять казначейством и Ассигнационным банком. Самойлов занимал пост генерал-прокурора четыре года. Он пользовался благосклонностью императрицы, которая находила у него «равное усердие» с прежним генерал-прокурором. Однако к гражданским делам Самойлов привыкал с трудом. Ему гораздо легче было командовать войсками, вести солдат на штурм, нежели заниматься тягостной работой в Сенате. Многие высшие сановники недолюбливали его и поговаривали, что он вследствие некомпетентности «наделает много хлопот императрице». И они были недалеки от истины. Дела в Сенате обстояли не блестяще, хотя Самойлов и прилагал усилия к их исправлению. В результате, когда он покинул генерал-прокурорскую должность, в Сенате оказались целые «завалы» нерешенных дел, которые расчищали потом его преемники в течение нескольких лет.

Деятельность Самойлова по осуществлению надзора за Сенатскими определениями протекала довольно бесцветно. В основном она заключалась в объявлении именных указов, решении конкретных дел и переписке с обер-прокурорами. Более энергично он руководил местными прокурорскими органами, направляя прокурорам коллегий и губерний свои «ордера», требуя от них отчеты по самым разнообразным вопросам и «приложения всемерного старания» к наведению порядка. Генерал-прокурор А. Н. Самойлов постоянно докладывал императрице Екатерине II о количестве и характере дел, которые расследовались полицией и рассматривались судами. Для этого он истребовал соответствующие ведомости от нижестоящих прокуроров. Значительное внимание он уделял работе с прокурорскими кадрами – все назначения, увольнения, перемещения прокуроров и стряпчих производились через него. Он предоставлял им отпуска, или, как тогда писали, «увольнения», обычно на 29 дней, а если требовалось лечение, то и на более длительный срок, представлял к награждению чинами и орденами, объявлял взыскания за нерадение.

В качестве генерал-прокурора А. Н. Самойлов, как и его предшественники, стоял во главе политического сыска и руководил Тайной экспедицией. Делами этой экспедиции ему приходилось заниматься вплотную. За свою службу он был удостоен многих российских орденов, а в январе 1775 г. возведен в графское достоинство. После смерти Екатерины II император Павел I отправил Самойлова в отставку. Умер граф А. Н. Самойлов в 1814 г.

 

 

**Инфосправка**

 

Кадровая политика прежде всего

 

Деятельность А. Н. Самойлова как генерал-прокурора в основном заключалась в объявлении именных указов, решении конкретных дел, переписке с обер-прокурорами, руководстве сенатской канцелярией. Энергично и решительно он руководил местными прокурорскими органами, направляя прокурорам коллегий и губерний свои «ордера» и предложения, требуя от них отчета по самым разнообразным вопросам.

Местный прокурорский надзор был обременен многочисленными делами: надзором и контролем за расследованием уголовных дел, за взиманием казенных сборов, дачей различных заключений в судах и присутственных местах и т. п. Генерал-прокурор Самойлов внимательно следил за тем, чтобы подчиненные ему прокуроры беспрекословно выполняли свои обязанности и информировали его о всех нарушениях законов. Особое внимание всегда уделялось соблюдению казенных интересов.

Приведем образец переписки генерал-прокурора А. Н. Самойлова со своими подчиненными.

 

Предписания генерал-прокурора А.Н. Самойлова подчиненным прокурорам

 

***

Калужского наместничества губернскому прокурору кн. Львову. 1794 января 16 дня. В доставленной Ея Императорского Величества по Калужской губернии ведомости о посеве и урожае хлеба в 1793 году усмотрено, что на сей 1794 год будет оного недостаточно для продовольствия жителей. В которой ведомости не показано и того, могут ли жители сей губернии пропитать себя какими-либо средствами, а господин генерал-губернатор Евгений Петрович Кашнин в письме своем изъясняет, что недостаток в хлебе показан в ведомости ошибочно, и что оная сочинена была в Наместническом Правлении, куда доставляются годовые ведомости. В рассуждение сего и рекомендую вам прислать ко мне объяснение, когда замечен был правлением недостаток в хлебе для продовольствия жителей, то для чего вы столь важное обстоятельство оставили в молчании и мне не рапортовали; если же, напротив того, никакого недостатка вы не предполагали, то настал вам долг сделать присутствию напоминание, чтоб сие обстоятельство в показанной ведомости поправлено было, но сделано ли сие по должности вашей, мне неизвестно, посему и имеете вы объяснить сие обстоятельство, немедленно мне рапортовать.

 

***

Могилевского наместничества губернскому прокурору Герасимову. 1794 января 16 дня. В доставленной вами к генерал-прокурорским делам ведомости за 1793 год хотя и показано 21 330 решенных дел, но не видно, сколько оных действительно производством окончено и исполнено. А как сия ведомость подносится Ея Императорскому Величеству, и от предместника моего предписано было всем губернским прокурорам, чтоб они исправно показывали сие в доставляемых ими ведомостях, то в рассуждение сего почитаю нужным предписать вам, дабы вы по получении сего уведомили меня, сколько тех оконченных производством и исполненных дел было в 1793 году, да и впредь показывать оные при истечении каждого года, стараясь, чтоб сия ведомость доставляема была к генерал-прокурорским делам к 15 числу декабря месяца.

 

***

Полоцкого наместничества губернскому прокурору Любошинскому. 1794 января 25 дня. Именитый гражданин Фердинанд Смык в прошении своем пишет, что вы причинили ему личную обиду, не допустили при выборах избрать его в градские головы, называли его разными наименованиями, и неизвестно почему выведен он был из собрания. Направляя копию прошения, предлагаю объяснить, действительно ли все то происходило, что означенный Смык в прошении своем пишет, и по каким обстоятельствам вмешались вы в выборы, кои до губернского прокурора ни мало не относятся?

 

**Как это было**

 

Беспощаден к инакомыслящим

 

К генерал-прокурору А. Н. Самойлову перешло общее руководство карательным органом Российской империи – Тайной экспедицией Сената. Делами этой экспедиции ему приходилось заниматься более интенсивно, чем кому-либо из его предшественников. После Великой Французской революции в России резко обострилась ситуация, вольнолюбивые мечты проникли во все слои населения. Во многих местах создавались различные общества, публиковались «крамольные» книги, все чаще и громче звучала критика самодержавного правления, все настойчивее раздавались призывы к уничтожению крепостной зависимости крестьян. В этих условиях усилилась карательная политика Екатерины II, проводником которой стал генерал-прокурор Самойлов. Еще до его назначения прошел процесс над писателем А. Н. Радищевым, написавшим знаменитую книгу «Путешествие из Петербурга в Москву». Екатерина II назвала его «бунтовщиком хуже Пугачева». Вынесенный ему смертный приговор был заменен ссылкой в Сибирь.

В бытность Самойлова генерал-прокурором политические дела в Тайной экспедиции возникали одно за другим. Он глубоко вникал в их сущность, лично допрашивал арестованных вольнодумцев, один или с кем-либо из сенаторов или других вельмож выносил им приговоры, которые утверждала императрица. Среди дел, которыми занимался генерал-прокурор А. Н. Самойлов, выделим дела вольнодумцев Ф. В. Кречетова, П. А. Словцова, майора В. В. Пассека (Паскова) и его приятеля П. Симоновича, а также издателя П. И. Богдановича.

 

Приговор Ф. В. Кречетову от 18 июля 1793 года

Во исполнение высочайшего Ея Императорского Величества повеления, правящий должность генерал-прокурора генерал-поручик Самойлов о содержащемся под стражею отставном поручике Федоре Кречетове приказал учинить следующее: Кречетов, как все его деяния обнаруживают его, что он самого злого нрава, и гнусная душа его наполнена прямым злом против Государя и Государства, ибо он именно открывал злое свое намерение в том, чтоб сделать в России правление таково, которое бы разрушило все благоустроенное в нынешнем положении Государство, а по сему, хотя он, яко совершенный бунтовщик и обличенный в сем зле, по законам государственным, яко изверг рода человеческого, и достоин казни, но по человеколюбию и милосердию Ея Величества и что с твердостью заключить можно, что сей его богомерзкий умысел по подлому души его расположению, никаким образом не нашелся б в состоянии поколебать верноподданных сынов отечества по привязанности к священной Ея Величества особе и человеколюбивейшему Ея правлению ко благу верноподданных, от оной его избавить, а чтоб сей изверг о описанном им зле принес Всевышнему покаяние, а тем паче, чтоб впредь не мог своими злыми плевелами заразить малосмысленных людей, то запереть его в здешней крепости до Высочайшего указа, под крепчайшею стражею, не допуская к нему никого, так и писать ему не давая, потому паче, что иногда не откроется ль еще какого на него здесь извещения.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Что делали судьи Кировского райсуда Днепра в кабинете Назара Холодницкого
Новости онлайн