Зампредседателя ВСЮ Лидия Изовитова: «Ответственность Высшего совета юстиции должна иметь реальные рычаги реализации»

09:28, 1 августа 2011
Газета: 97
Несмотря на то, что Закон
Зампредседателя ВСЮ Лидия Изовитова: «Ответственность Высшего совета юстиции должна иметь реальные рычаги реализации»

Несмотря на то, что Закон «О судоустройстве и статусе судей» действует уже год, механизм выполнения некоторых обязанностей, предусмотренных им, был запущен лишь недавно. Так, осенью, когда Высший совет юстиции возобновит работу после «каникул», перед ним будет стоять непростая задача по рассмотрению жалоб кандидатов на должность судьи впервые, которые не смогли успешно сдать квалификационный экзамен. Для изучения проблемных вопросов, связанных с порядком проведения отбора будущих судей, Советом создана рабочая группа. Подробностями о деятельности ВСЮ, связанной с наполнением судебной системы новыми кадрами, с «Судебно-юридической газетой» поделилась зампредседателя Высшего совета юстиции, Заслуженный юрист Украины, член Высшей квалифкомиссии адвокатуры при КМУ Лидия Изовитова.


 Лидия Павловна, каким образом, на Ваш взгляд, необходимо совершенствовать процедуру отбора и перемещения судейских кадров?

 

 Приведу пример, как происходит карьерный рост судьи в Великобритании. Сначала его назначают на должность в суде, находящемся в далекой провинции. Впоследствии, когда он уже имеет определенный опыт работы, по конкурсу, который оглашает лорд-канцлер, судью за хорошие показатели и определенные личностные качества переводят в суд, близкий к центральным регионам. Таким образом, карьерный рост судьи заключается не только в переходе из нижестоящей в вышестоящую инстанцию. В нашем законе, на мой взгляд, эта процедура выписана не совсем удачно.

 

Стоило бы усовершенствовать положения Закона и в связи с теми моментами, которые уже сегодня обнаруживает практика, например, Высшей квалификационной комиссии судей Украины. В частности, это касается случаев, когда на вакансию в одном суде подают заявления сразу несколько претендентов. Логично было бы рассматривать их кандидатуры в совокупности. Но Законом не предусмотрен конкурс среди судей, которые избраны бессрочно. Чтобы принять решение о предоставлении рекомендации тому или иному кандидату, нужно исходить из конкретных критериев – показателей работы, нагрузки на судью, наличия жалоб, наличия жилья в местности, где расположен суд. Стоило бы установить общие основания, чтобы ВККСУ могла рассмотреть все кандидатуры одновременно и выбрать наиболее подходящую для определенной вакансии.

 

Кроме того, на мой взгляд, перечень открытых вакансий в судах должен периодически публиковаться. Не в том виде, что конкретный судья претендует на конкретное место, а в каких судах есть вакантные должности и с какого времени на них открыт конкурс. В Законе есть норма, согласно которой председатель суда в 10-дневный срок с момента открытия вакансии должен подать информацию о ней ВККСУ. Так и ВККСУ, по моему мнению, могла бы обнародовать такую информацию. Аналогично, считаю, необходимо публиковать сразу весь перечень вакансий по Украине для тех, кто претендует на должность судьи впервые. Оглашен конкурс и перечень вакансий только по четырем регионам страны, и каждому кандидату разрешили сделать пять попыток в любом из регионов. А логично было бы знать перечень всех открывшихся вакансий в стране – это помогло бы людям определиться в своем выборе. Еще один момент касается сегодняшней ситуации с конкурсом для кандидатов в судьи на первое назначение. Как быть, если кто-либо из судей, избранных бессрочно, решит также подать заявление на одну из вакансий? Этот вопрос также, на мой взгляд, требует урегулирования.

 

 Соответствует ли, на Ваш взгляд, принципу равенства то, что кандидаты в судьи, прошедшие этап отбора с низким, по сравнению с другими, баллом, по сути, могут претендовать только в суды отдаленных районов?

 

 Одинаковые условия и возможности были тогда, когда кандидаты подали документы и начали сдавать тесты, практические задания – до этого времени между ними было равенство. После проведения оценивания и определения результатов они уже находятся не в равных условиях, потому что итоги оценивания разные: у одних баллы выше, у других – ниже. А поскольку результаты оценивания являются одним из основных критериев, чтобы претендовать на ту или иную должность, кандидат, который имеет наивысший балл, может в первую очередь рассчитывать на место в суде, где он желает работать. Таким образом, тот, кто имеет меньшее количество баллов, а значит, достаточный, но ниже, чем у других кандидатов, профессиональный уровень, может претендовать (если выскажет такое желание) на места в судах населенных пунктов, где останутся вакансии, т. е. уже по остаточному принципу.

 

Следующий вопрос, который на очереди и будет интересовать всех причастных к процессу отбора, – подход ВККСУ к оцениванию личностных и моральных качеств кандидатов. Оглашен конкурс, однако Комиссия лично с ними не общалась. Пока что все было на уровне анонимных тестов, анонимных практических заданий, которые были персонифицированы позже. Личности же будущих судей как таковые члены ВККСУ пока не наблюдали и не изучали.

 

 Прогнозируется, что в судах, отдаленных от областных центров, снова будет не хватать судей, поскольку мало кто из кандидатов пожелает там работать. Каким образом можно стимулировать будущих судей работать на периферии?

 

 В этом-то и проблема. Стимулировать сложно. Конечно, есть кандидаты, которые всю свою жизнь мечтали стать судьями и готовы пойти в любой суд, только бы занять должность судьи, потому что это их мечта, их цель. Насколько я знаю, люди, которые сдавали квалификационный экзамен, приехали почти из всех уголков страны. Были и кандидаты из отдаленных районов – помощники судей, секретари судебных заседаний. Если они сдали экзамены, то, думаю, с радостью будут занимать должности в судах, где ранее работали в аппарате. Если же не сдали, ситуация усложняется, поскольку очевидно, что некоторые кандидаты решат подождать в резерве до того времени, пока освободиться соответствующее место, и будут принимать участие со своим количеством баллов уже в другом конкурсе.

 

 Возможно, стоило предусмотреть для помощников судей какие-то преференции в процессе отбора кандидатов в судьи?

 

 По моему мнению, опытные помощники – это практически готовые судьи. И то, что, согласно действующему Закону они не имеют абсолютно никаких преференций, неправильно. Сегодня это ведет к оттоку кадров из судов. Если раньше все, кто хотел стать судьей, старались занять должность помощника, несмотря на то, что это очень тяжелая работа примерно с такой же нагрузкой, как у судьи, то сегодня нет смысла так стараться, поскольку государство их никак не поощряет. Считаю, что законодателю стоило бы подумать над тем, чтобы сделать для помощников судей какие-то преференции в процессе отбора.

 

– В чем состоит новизна процедуры рассмотрения на заседании Высшего совета юстиции рекомендации Высшей квалифкомиссии судей о назначении кандидата на должность судьи впервые?

 

– С одной стороны, ничего не меняется – какие полномочия по рассмотрению кандидатур у нас были, такие и остаются. Добавилась только одна составляющая, которой до этого не было: кандидат на должность судьи может обжаловать результаты оценивания. В Высший совет юстиции сегодня поступают жалобы от кандидатов, несогласных с решением ВККСУ, которая, по их мнению, низко оценила уровень их знаний. Нам поступило уже восемь таких жалоб, из которых половина – идентичные. Создается впечатление, что кандидаты были в одной группе и обнаружили одинаковые недостатки при сдаче письменного задания.

 

Сегодня не прошедшим второй этап отбора считается тот, кто набрал меньше 66 баллов. Но достаточно, на мой взгляд, спорным является утверждение, что тот, кто набрал 64–65 баллов, не сдал квалификационный экзамен – он сдал, просто с меньшим количеством баллов. Обидно, что такие кандидаты не могут быть допущены к сдаче экзаменов целый год, а те, кто даже первое анонимное тестирование не прошел, где были более легкие задания, не лишены этого права. В связи с этим может возникнуть ситуация, что во время нового отбора мы на год «потеряем» кандидатов, у которых был более высокий уровень, и начнем отбор из числа лиц, получивших меньший балл при доборе кандидатов, т. е. тех, кто имел ниже уровень знаний. Это достаточно несправедливая ситуация, когда людям с высшим уровнем знаний запрещено сдать экзамен повторно. Логично было бы предусмотреть обратное: год не допускаются к отбору те, кто не прошел первичное анонимное тестирование по добору кандидатов. Думаю, этот вопрос необходимо нормативно усовершенствовать.

 

– Что ожидает кандидата, подавшего жалобу, если Высший совет юстиции удовлетворит ее и отменит решение ВККСУ об установлении результатов квалификационного экзамена?

 

– Совет истребует все документы относительно результатов экзамена, и в случае, если мы согласимся с позицией, изложенной в жалобе относительно некорректного оценивания либо некорректных вопросов, мы можем отменить в этой части решение Комиссии и вернуть документы для нового экзамена. Тогда у кандидата появится шанс не ждать год, а снова сдать экзамен. Однако до начала конкурса осталось мало времени, а ВСЮ возобновит работу только в сентябре. В случае удовлетворения жалоб ВККСУ еще должна успеть их рассмотреть и провести повторное оценивание. Очевидно, что результаты экзамена обжаловать будут не все. Но человек должен иметь волю к победе, и если это будущий судья, у него должны быть волевые качества по отношению к своей позиции, принятию решений и защите самого себя. Не берусь прогнозировать, какие будут результаты рассмотрения жалоб, но сама только склонность человека защищать свою позицию приветствуется.

 

– Нередки случаи, когда на админдолжность в суде назначаются судьи, находящиеся в пределах пятилетнего срока назначения. Молодые судьи на руководящих позициях – это вынужденная мера?

 

– Скажем так: нужно посмотреть сначала на эту проблему в контексте законодательства, которое действовало ранее и действует сейчас. В ранее действующем Законе «О судоустройстве» полномочия председателей судов были более широкие. В т. ч. в некоторых юрисдикциях председатели решали вопросы, связанные с отправлением правосудия, например, об отводе судьи – это была их компетенция, и в связи с этим им нужно было оценивать правовые позиции своих коллег, т. е. они должны были иметь опыт практической работы по осуществлению правосудия. Сегодня функции у руководства судов исключительно организационные. Поэтому теперь такая составляющая, как опытность судьи, который ранее должен был осуществлять определенный надзор и оценивать работу судей в суде, который возглавляет, утратила решающее значение.

 

– Может ли ВСЮ в силу определенных оснований не допустить кандидата в судьи к следующему этапу отбора?

 

– Согласно законодательству, регулирующему деятельность Высшего совета юстиции, мы ответственны за формирование высокопрофессионального судейского корпуса. Ответственность, если она есть, должна иметь реальные рычаги реализации. Конечно, когда мы будем проводить собеседование с кандидатом, может случиться все. Он может быть профессиональным юристом, но не знать государственного языка, а это конституционное требование. У него может быть определенное прошлое, что обнаружится в ходе проверки, либо физические пороки. Допустим, он может заикаться, что означает в будущем сложности для него в процессе ведения судебного заседания, хотя при этом кандидат может быть хорошим ученым, грамотно составлять процессуальные документы, профессионально сдать экзамен. Т. е. могут обнаружиться такие личные качества, которые не позволят человеку в полной мере выполнять судейские обязанности.

 

Мы будем анализировать возможности кандидата в сфере правоприменительной деятельности, потому что одно дело – знать закон, другое – уметь применять его. И существует немало моментов, на которые будет обращать внимание ВСЮ при собеседовании с кандидатами. Поэтому практика Совета, когда он вносит представления не на всех, была, есть и, наверное, будет иметь место.

 

Другой вопрос, что количество лиц, которые сдали квалификационный экзамен, фактически равняется количеству вакансий. По сути, признается, что все они способны выполнять судейскую работу. С другой стороны, может быть так, что не все из них пожелают идти работать в те суды, на вакансии в которых оглашен конкурс. Часть людей изначально желали работать в конкретном суде определенной юрисдикции в конкретном округе, и они могут решить подождать появления вакансии именно в нем год-два, поскольку у них уже налажены бытовые условия в определенной местности или в связи с семейными обстоятельствами. Их может устраивать социальная среда, и уезжать в незнакомый регион они не захотят. Уже этот фактор может сыграть свою роль, и из 687 кандидатов, прошедших отбор, без каких-либо усилий со стороны ВСЮ отсеется 5–10%. Кроме того, как уже было сказано, есть те, кто категорически не захочет ехать в отдаленные районы. Именно поэтому, на мой взгляд, не было необходимости определять количество кандидатов, сдавших квалификационный экзамен, на уровне количества прогнозируемых вакансий. Стоило сделать определенный запас из лиц, которые хоть и имеют баллы ниже, но согласятся поехать и заполнить места на периферии. С другой стороны, стоит учитывать, что эта процедура реализуется впервые, поэтому некоторых недочетов не избежать.

 

– Если ВСЮ не допустит кандидата к следующему этапу, он остается в резерве или должен заново пройти отбор?

 

– Высший совет юстиции может не рекомендовать кандидата к назначению на должность судьи впервые, а дальше уже вопрос ВККСУ. Останется ли он со своими баллами в резерве либо будет вынужден вновь пройти все этапы отбора – проблема, требующая нормативного урегулирования.

 

– Еще до отбора было известно, что в украинских судах около 1000 вакансий. В связи с чем конкурс будет оглашен именно на 686?

 

– Это вопрос отдельного исследования, равняется ли цифра 686 количеству вакантных мест. Возможно, не из всех судов поступила информация о вакансиях. Не исключено, что на какие-то вакансии были заявления судей о переводе, и было решено место из числа вакантных исключить, хотя не факт, что оно не вакантно, поскольку еще нет ни соответствующего указа Президента, ни постановления Верховной Рады.

 

– Если кандидат является субъектом предпринимательской деятельности либо занимается адвокатской практикой, должен ли он ее прекратить до момента решения ВСЮ вопроса о внесении представления Президенту Украины?

 

– Любую деятельность лицо должно прекратить с момента обретения статуса судьи. В законодательстве установлено, что занимать любые другие оплачиваемые должности, выполнять иную оплачиваемую работу, кроме научной, преподавательской и творческой, профессиональный судья не вправе. Но лицо, которое находится на этапе отбора на должность судьи, не может остаться без средств к существованию, пока решается вопрос его судейской карьеры. А если вопрос не решится в пользу назначения кандидата в судейский корпус? Прекратить свою адвокатскую или предпринимательскую деятельность кандидат должен только после соответствующего указа Президента.

 

– Является ли увольнение за нарушение присяги дисциплинарным взысканием?

 

– По результатам дисциплинарного производства может быть подана рекомендация об увольнении судьи за нарушение присяги. Это вид конституционной ответственности, поскольку она установлена Конституцией Украины. В таком случае окончательно вопрос решает субъект, который назначал судью на должность, т. е. Президент или ВР. Определены субъекты, которые могут вносить представление или рекомендовать уволить судью за нарушение присяги. Вносить представление об увольнении может исключительно ВСЮ, а рекомендовать Высшему совету юстиции могут два субъекта – ВККСУ по результатам дисциплинарного производства либо член ВСЮ. Но это лишь рекомендация Высшему совету юстиции, с которой он может и не согласиться.

 

– В случае, если судье был оглашен выговор за определенное нарушение, учитывает ли это Высший совет юстиции при решении вопроса о возможности его увольнения за нарушение присяги за то же нарушение?

 

– Мы дискутировали по этому поводу. Теоретически, лицо уже привлекалось к юридической ответственности за определенные действия. Но возникает, скажем так, моральный аспект вопроса. Случается, что той дисциплинарной меры, которая применялась к судье (выговора), достаточно, чтобы он понял свои ошибки. Однако иногда бывают такие вопиющие действия судьи, что выговор выглядит «комариным укусом». Поэтому, решая вопрос об увольнении за нарушение присяги, когда судья уже привлекался к ответственности за те же действия, мы истребуем решение ВККСУ и пытаемся оценить, насколько подробно был проведен анализ. В практике ВСЮ были случаи, когда несмотря на то, что к лицу уже применялось дисциплинарное взыскание, было принято решение о внесении представления об увольнении его за нарушение присяги. Лично моя позиция такова: если человек уже привлекался к дисциплинарной ответственности, этого достаточно. Но не все члены ВСЮ с этим согласны.

 

– Существует ли до сих пор конституционная неопределенность относительно права ВСЮ назначать судей на административные должности?

 

– В Конституции Украины слово «полномочия» по отношению к Высшему совету юстиции не применяется. Относительно Верховной Рады, Кабинета министров речь идет о полномочиях. Что же касается ВСЮ, в Конституции употребляется совсем другой термин – «ведение». Ведение – это более широкое, на мой взгляд, понятие, чем полномочия. В связи с этим я считаю, что предоставленные нам Законом полномочия назначать судей на админдолжности охватываются понятием ведения, и могут быть другие вопросы относительно судей, которые относятся к ведению ВСЮ.

 

– Какие вопросы ожидают Высший совет юстиции этой осенью?

 

– Осенью нас ожидают новые подходы к работе, новые обязанности. Мы будем осуществлять реализацию нового для нас полномочия – рассматривать жалобы кандидатов, которые борются за свое право занять места в судейском корпусе. Перед Высшим советом юстиции стоит задача рассмотреть ряд кандидатур в судьи, провести качественный отбор, внести представления на самых достойных. А для этого нужно определиться с общими подходами к процедуре. Рабочая группа, созданная Советом, как раз занимается их наработкой. Надеемся, что все возложенные на нас обязанности мы успешно реализуем.

 

Беседовала Наталья Мамченко,

«Судебно-юридическая газета»

 

**Особое мнение**

 

Плюсы и минусы Закона «О бесплатной правовой помощи» (позиция Л. Изовитовой)

 

– На мой взгляд как адвоката, с одной стороны, факт принятия этого Закона носит положительный характер, так как право получать бесплатную правовую помощь предоставили широким слоям населения. Это означает, что для обеспечения реализации этих положений потребуются незаурядные средства из бюджета. Определились с центрами, которые должны эту помощь предоставлять, – их фактически создает Министерство юстиции. С чем мы не согласны, так это с тем, что эти центры заключают договора с адвокатами на ведение дел. Они могут заключить договор, разорвать его, вправе определять, качественно ли адвокат выполняет свою работу – соответственно, не просто наблюдают, а могут вмешиваться в деятельность адвоката и его позицию. Т. е. налицо вмешательство органа исполнительной власти в независимую адвокатскую деятельность. А этого нельзя допустить.

 

По моему мнению, все положения, которые касаются вторичной бесплатной правовой помощи, нужно предусмотреть в новом Законе «Об адвокатуре». Необходимо создать единую профессиональную организацию адвокатов, которая самостоятельно будет решать вопросы заключения договоров с адвокатами на предоставление вторичной бесплатной помощи и создания своих центров для этого. Поэтому мы ждем принятия новой редакции Закона «Об адвокатуре».

 

Вместе с тем, в этой плоскости происходит всем известный спор. Адвокаты «от бизнеса» хотят, чтобы среди организационно-правовых форм деятельности адвокатуры существовала такая форма, как хозяйственное общество, т. е. хотят иметь ограниченную ответственность, возможность нанимать адвокатов на работу. Другая группа адвокатов, в т. ч. и я, против такого принципа, когда один адвокат работает на другого, поскольку утрачивается его независимость, ему могут диктовать правила игры, как он должен выстраивать свою правовую позицию в судебном заседании.

 

Далее. Бизнес стоит на позиции, что адвокаты должны сдавать экзамены и практиковать только по выбранной специализации тоже. Но ведь есть конституционные требования и Закон «О бесплатной правовой помощи». Если идет речь об уголовном процессе, предоставлять в определенных категориях дел бесплатную правовую помощь – обязанность каждого адвоката. В ином случае они самоустраняются от выполнения конституционных обязанностей, гарантированных гражданам государством, а сами адвокаты, по сути, разделяются на «белых» и «черных».

 

Моя позиция состоит в следующем. Во-первых, экзамены в отрасли уголовного права и процесса должны сдавать все адвокаты, поскольку каждый должен нести обязанности по выполнению требований ст. 44, 47 Уголовно-процессуального кодекса. Во-вторых, ежегодно адвокаты должны подтверждать свою способность к осуществлению защиты путем повышения квалификации, в т. ч. по уголовному праву.

 

В райцентрах есть адвокаты, которых следователи буквально упрашивают не покидать работу, поскольку на досудебном следствии и в суде некому будет выполнять определенные процессуальные действия. Тут уже не до работы «один на другого». На мой взгляд, ввиду ограниченных бюджетных средств следует создать фонд, куда адвокаты, не желающие осуществлять обязанности по предоставлению бесплатной правовой помощи, будут отчислять средства. Эти средства должны быть дополнительным источником к тем бюджетным, которые государство выделяет адвокатам на гарантированную им бесплатную помощь. В таком случае можно будет обеспечить реализацию положений о предоставлении такой помощи.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Как собеседуют кандидатов в Верховный Суд
Фото
Видео
Новости онлайн