Взрыв на яхте

11:27, 2 июня 2015
Газета: 21 (289)
Вдруг невероятной силы взрыв потряс поселок. На месте, где минуту назад покачивалась на волнах яхта, бушевало пламя...
Взрыв на яхте

Коттедж, который снимали в курортном поселке Матвей (имена и фамилии изменены) с братом, стоял на скалистой площадке. С нее открывалась чудесная панорама: море, живописные развалины древних строений, разноцветные крыши современных построек, сверкающие белизной стен.

Как понял Матвей, брат с женой провели ночь не в коттедже, а на яхте. Вон она, красавица, стоит со спущенными парусами. Поднимавшееся из-за моря солнце золотит дорожку от горизонта до самого берега. В это раннее утро в поселке тишина. Лишь те немногие отдыхающие, которые любят поплавать на рассвете, спускаются к морю каменистыми уступами.

Матвей потянулся до хруста в костях. Его крепкое тело отливало бронзой – молодой человек был похож на сказочного божка. Он еще раз бросил взгляд на яхту. Там в каюте, на роскошной постели, спит прекрасная Анфиса, жена его брата Валентина. «А могла быть моею женой», – в который раз подумал Матвей. Но в его мыслях уже не было ни сожаления, ни зависти. Валентин – его старший брат, лучший из людей, которых он знает и знал. Поняв, что родной брат любит ту же девушку, что и он, Матвей отступил в сторону. «Но в последнее время я почему-то не вижу радости на лице Валентина, – снова вернулся к больной теме Матвей. – Хотя Анфиса всегда весела и по-прежнему выглядит влюбленной».

Вдруг невероятной силы взрыв потряс поселок. Матвею показалось, что под его ногами дрогнула скала. Он посмотрел на море. У самого берега, на месте, где минуту назад покачивалась на волнах яхта брата, бушевало пламя! С диким криком Матвей бросился к ступенькам, по которым ежедневно спускался на пляж, кубарем покатился вниз. Колючий кустарник по обеим сторонам лестницы оставлял на его теле кровавые царапины. Еще несколько прыжков – и Матвей на берегу. На волнах покачивался обломок мачты с обгоревшими парусами. Самой яхты не видно, будто она здесь и не стояла всего пару минут назад…

Матвей опустился на прибрежную гальку, вцепился руками себе в волосы и, раскачиваясь из стороны в сторону, завыл по-звериному. Несколько человек, успевшие прибежать к месту взрыва, смотрели на мужчину с сочувствием. Почти все в поселке знали братьев Рябининых.

Вскоре на берегу появились милиция, водолазы, доктора. Матвею попытались сделать успокоительный укол, но он оттолкнул доктора. Тот не обиделся, лишь покачал головой и вернулся к коллегам. Те уже приготовили носилки для пострадавших. Водолазы обследовали место взрыва. Слышались разговоры о том, что кроме обломков яхты, им пока ничего не удалось обнаружить.

Матвей прислушивался к разговорам – и в сердце рождалась надежда, что брат и Анфиса живы. Но вот из моря вышли два аквалангиста. На руках у них – что-то черное, обгоревшее, и с него стекает вода. Ребята опустили свою ношу на гальку. Матвей раньше других сообразил, что то – остатки обгоревших тел Анфисы и Валентина.

Возвращение домой… Страшные похороны… Всем занимались друзья братьев Рябининых. Матвей был не в силах что-то делать. Он находился в комнате, где стояли два закрытых гроба, и тупо смотрел в одну точку. Неподвижный, он казался окаменевшим.

Кроме брата, у Матвея никого не было. По странному стечению обстоятельств, много лет назад их родители погибли подобным образом. Матвею тогда было 10 лет, Валентину – 15. И хоть воспитанием сирот занялась родная сестра матери – чопорная учительница литературы с манерами столбовой дворянки, Валентин всегда был для младшего брата и отцом, и матерью. Они вместе поступали в университет – Валентин специально ждал, пока Матвей окончит среднюю школу.

Потом вместе начинали бизнес. Спустя 4 года, их дела пошли очень успешно.

Женился Валентин в 32 года. На другой день после свадьбы он говорил младшему брату: «Не горюй! Я тебе такую невесту сосватаю – еще лучше моей женушки будет!» Валентин никогда не знал, какие чувства питает Матвей к его Анфисе.

…По факту взрыва, произошедшего в курортном поселке, велось расследование. Матвей совершенно не интересовался, как там идут дела. К чему вся эта суета, если погибших никогда уже не воскресить?!

Перед женитьбой Валентина братья приобрели себе новые квартиры в соседних домах. «Это очень удобно, – смеясь, говорил Валентин. – Вроде и вместе живем, и в то же время есть к кому в гости ходить!» Чувство семейственности очень ценилось братьями.

…Минуло 2 месяца со дня похорон, а Матвей все никак не мог прийти в себя. Возвращаться к привычной жизни, к бизнесу не было сил. Однажды он поймал себя на мысли, что старший брат строго осудил бы такую душевную расхлябанность. Это помогло взять себя в руки и снова заняться делами. «Тем более, что сейчас я должен работать за двоих!»

Но по вечерам Матвей иногда позволял себе расслабляться: садился в кресле у окна и предавался размышлениям. Окна брата в соседнем доме выходили на эту же сторону. Раньше каждое утро они с братом, открыв окна, приветствовали друг друга. Вот и сейчас Матвей ожидал, когда за стеклом появится силуэт брата, чтобы крикнуть ему: «Добрый вечер!»

Эти вечерние бдения вошли в привычку. У Матвея появилась сумасшедшая мысль: если чего-то сильно захотеть, это обязательно произойдет! Подумал: «Определенно, у меня крыша едет!» Но от встречи с призраком брата не отказался. Однажды он заметил, как на окне в том доме колыхнулась занавеска. По телу пробежала холодная дрожь. Матвей напрягся: «Вот, сейчас!» Но дальше, сколько он ни всматривался, ничего не происходило. «Показалось», – вздохнул Матвей не то с облегчением, не то с сожалением. Подумал, что надо бы сходить в квартиру брата. После похорон он там еще ни разу не был.

Визит в пустовавшую квартиру брата он почему-то откладывал. Даже ключи спрятал подальше, чтобы случайно на глаза не попались. Но вот снова его внимание привлекло какое-то движение за окном. Нет, занавеска оставалась на месте, но темноту комнаты внезапно прорезал тонкий световой луч, будто кто-то зажег электрический фонарик, взмахнул им…и выключил.

В квартире брата оставалось много ценных вещей. На дверях и окнах там были надежные запоры с сигнализацией, но воры нынче искусные, настоящие мастера своего преступного ремесла. И на следующее утро, перед тем, как отправиться в офис, Матвей посетил квартиру брата. Там все оставалось неизменным, следов пребывания чужих людей не наблюдалось. «Глюки! Пришло время посетить психиатра!» – подумалось почти весело. Матвей снова запер квартиру, поставил ее на сигнализацию и с легкой душой отправился на работу.

В обед он поехал в банк, чтобы снять со счета сумму на приобретение оборудования для нового, только что открывшегося цеха. Банковский счет у них с братом был общий, на предъявителя. Валентин решил, что это очень удобно, так как других предъявителей, кроме них двоих, в природе не существовало. Матвей поздоровался с оператором, предъявил паспорт и банковскую карту. Парень открыл страничку в компьютере, долго всматривался там во что-то… Перевел на Матвея полный недоумения взгляд:

– Ваша карта заблокирована…

Матвей оторопел. Потом пришел в себя:

– Никто не мог этого сделать! Брат погиб, я не блокировал, а кроме нас, доступа к карте никто не имел.

Оператор развел руками:

– Ничем не могу помочь. Обратитесь к нашему директору.

Выяснилось, что карта действительно заблокирована. Самое непонятное и необъяснимое – это было сделано после гибели Валентина и Анфисы. «Меня подрубили под корень! Но кто? Надо с кем-то посоветоваться». Позвонил своему адвокату. Тот приехал. Матвей изложил ему ситуацию. Андрей Викторович нервно застучал пальцами по столу. Молчал так долго, что это начало раздражать Матвея. Наконец, адвокат спросил:

– Вы точно уверены, что доступ к карте имели только Вы и Ваш брат?

– Уверен! У кого же еще он мог быть?

– Ну, к примеру, у любовницы Валентина Максимовича…

– Не говорите чушь! – грубо оборвал адвоката Матвей. – У моего брата не было любовницы!

– Знаете ли, всякое в жизни бывает… Но тогда это могли сделать или Вы, или ваш брат.

Матвей посмотрел на адвоката, как на сумасшедшего.

– Вы в своем уме?! – воскликнул. – Зачем мне блокировать собственный счет? Или Вы хотите сказать, что мой брат явился с кладбища, чтобы сделать это?!

И опять адвокат произнес неопределенно:

– Знаете ли, всякое в жизни бывает…

– Думаю, Андрей Викторович, мне придется отказаться от Ваших услуг! – жестко произнес Матвей.

– Воля Ваша. Но напоследок хочу спросить: Вы точно уверены, что Ваш брат мертв?

Матвей устало откинулся на спинку кресла:

– Определенно, кто-то из нас двоих сошел с ума!

– Не торопитесь делать выводы, – произнес адвокат. – И хоть Вы отказались от моих услуг, я Вам советую тщательно проследить за квартирой Валентина. Где он еще раньше бывал?

– На даче…

– Так вот, и за дачей понаблюдайте тоже. Желаю успеха.

Андрей Викторович поднялся, чтобы идти.

– Подождите, – остановил его Матвей. – Извините, я погорячился.

– Я не в обиде.

– От подобных предположений не то, что погорячиться – взорваться можно!

– Я Вас понимаю. И не обижаюсь. При первой же необходимости звоните. Я по-прежнему к Вашим услугам.

(Окончание в следующем номере)

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Как судьям будут компенсировать сверхурочные
Сегодня день рождения празднуют
  • Ирина Литвинюк
    Ирина Литвинюк
    судья Апелляционного суда Черновицкой области
  • Виктор Колесник
    Виктор Колесник
    судья Конституционного Суда Украины
Новости онлайн