Большой брат следит за тобой: Большая Палата ЕСПЧ вынесла решение по делу Big Brother Watch

15:42, 27 мая 2021
Дело Big Brother Watch было начато после разоблачений Эдварда Сноудена, раскрывшего, что Центр правительственной связи Великобритании тайно перехватывает, обрабатывает и хранит данные, относящие к личным коммуникациям миллионов людей, даже если эти люди очевидно не представляют никакого интереса для разведслужб.
Большой брат следит за тобой: Большая Палата ЕСПЧ вынесла решение по делу Big Brother Watch

Защита персональных данных в современном мире стала признаком развитого государства. Европейские страны гарантируют в своих конституциях тайну переписки, телефонных разговоров, а также невмешательство в личную и семейную жизнь. Но все же власти подчас внимательно приглядываются к вашей жизни, обосновывая это, к примеру, противодействием терроризму, угрозой национальной безопасности или же цифровизацией государственных процессов. В данном случае возникает вопрос, как соблюсти баланс публичного и частного интересов.

Один из примеров — дело Big Brother Watch и другие против Соединенного Королевства, которое достаточно долго находилось на рассмотрении Большой Палаты Европейского суда по правам человека.

Маятник общественного запроса

С 2001 года мировое сообщество неоднократно меняло мнение о допустимости слежки за гражданами.

После громкого скандала вокруг того, как в 2013 году Эдвард Сноуден, бывший подрядчик Агентства национальной безопасности США (АНБ), обнаружил существование программ наблюдения и обмена разведданными, которыми управляют разведывательные службы Соединенных Штатов, ни для кого не секрет, что государство может вести наблюдение за гражданами, прослушивание разговоров и пр.

Фактически этот скандал открыл глаза на масштабность электронной слежки и оформил массовый запрос на то, чтобы если не запретить, то существенно ограничить возможности по перехвату данных. Он же катализировал политические и юридические попытки привлечь власть к ответственности за массовую слежку и перехват частных данных.

Но уже после того, как в 2015 году по Европе прокатилась волна террористических актов (Париж, Брюссель, Ницца, Берлин, Манчестер, Лондон, Барселона), маятник общественного мнения качнулся в другую сторону. Этим смогли воспользоваться многие государства, принять соответствующее законодательство и тем самым, с одной стороны, ограничить, а с другой — легализовать массовый перехват данных на национальном уровне.

Так, во Франции после терактов в Париже 30 ноября 2015-го был принят закон о мерах по слежке за международными электронными коммуникациями, позволяющий перехватывать все сообщения, направленные за границу или полученные за границей, и хранить контент сообщений один год, а метаданные — 6 лет.

В ФРГ 23 декабря 2016 года был принят закон о перехвате зарубежных сообщений Федеральной разведывательной службой, в котором регулируется слежка за гражданами иностранных государств. В 2016-м на референдум были вынесены изменения в швейцарское законодательство, расширяющие возможности по установлению массовой слежки. И они получили одобрение 65,5% голосовавших. В этом же году были внесены изменения в польский закон о полиции.

Таким образом, решение ЕСПЧ как прецедент может повлиять на большое количество субъектов на уровне государств-членов, в том числе упростить оспаривание тех или иных полномочий разведорганов.

Кроме того, следует отметить, что далеко не все государства, в том числе европейские, стремятся оперативно выполнять решения Европейского суда по правам человека, поэтому кардинально противоречащие национальному законодательству государств-членов позиции ЕСПЧ могут быть не восприняты.

Big Brother Watch и другие против Соединенного Королевства: дойти до Большой палаты ЕСПЧ

Дело Big Brother Watch и другие против Соединенного Королевства (жалоба №58170/13) было начато в 2013 году после разоблачений Эдварда Сноудена, раскрывшего, что Центр правительственной связи Великобритании (ЦПС) тайно перехватывает, обрабатывает и хранит данные, относящие к личным коммуникациям миллионов людей, даже если эти люди очевидно не представляют никакого интереса для разведслужб (программа «Темпора»).

Дело началось по жалобам журналистов и организаций по защите гражданских свобод о трех различных режимах наблюдения: массовый перехват сообщений, обмен разведданными с иностранными правительствами и получения данных связи от поставщиков услуг. Заявители требовали дополнительных гарантий защиты частной жизни в процессе массового перехвата данных: предварительного судебного контроля; обоснования подозрения; уведомления лиц, в отношении которых осуществляется селекция данных.

В постановлении от 13.09.2018 ЕСПЧ указал, что организованный в Великобритании массовый перехват сообщений нарушает право на неприкосновенность частной жизни, закрепленное в статье 8 Конвенции о защите человека и основополагающих свобод (ЕКПЧ), а также право на свободу выражения мнений, закрепленное в статье 10 ЕКПЧ.

Однако решение ЕСПЧ не в полной мере отражало незаконность полномочий по массовому перехвату коммуникаций, а также фундаментальные изъяны в обмене полученными в результате такого перехвата разведдаными между государствами.

Главный советник по правовым вопросам одной из организаций-заявителей Privacy International Кэролайн Уилсон Палоу по этому поводу отметила: «Правительство Великобритании по-прежнему продолжает перехватывать огромные объемы интернет-трафика, проходящего через границы страны. И по-прежнему имеет доступ к столь же огромным объемам информации, которые перехватывает правительство США. Мы призываем Суд положить конец практике повальной слежки и подтвердить, что она в корне несовместима с правом на неприкосновенность частной жизни и правом на свободу выражения мнений, которые закреплены в Европейской конвенции по правам человека».

В связи с этим Liberty, Privacy International, Amnesty International и другие организации обратились в Европейский суд с требованием передать это дело далее, на рассмотрение высшего судебного органа ЕСПЧ — Большой палаты ЕСПЧ.

Отметим, что в данном деле от ЕСПЧ в первый раз требовалось оценить на соответствие Конвенции режим обмена информацией между разведывательными службами.

В настоящем деле вмешательство было обусловлено не самим фактом перехвата переговоров, а получением перехваченных данных разведывательными службами властей государства-ответчика, их последующим хранением, анализом и использованием.

Также данное дело коснулось вопроса о вмешательстве в конфиденциальные журналистские данные. Особую озабоченность вызвало то обстоятельство, что отсутствовали требования, либо ограничивающие полномочия разведывательных служб по поиску конфиденциального журналистского или иного материала (например, используя в качестве маркера для поиска адрес электронной почты журналиста), либо обязывающие аналитиков при отборе информации для исследования учитывать, были ли или могли ли быть затронуты указанные материалы или нет. Следовательно, по-видимому, аналитики могли искать и исследовать без ограничений как суть перехваченной информации, так и связанные с ней данные.

Решение БП ЕСПЧ

25 мая Большая Палата ЕСПЧ вынесла вердикт в данном деле. Судья ЕСПЧ от Украины Анна Юдковская кратко рассказала его суть.

«Долгожданное решение Большой палаты по делу Big Brother Watch and Others v. the United Kingdom (25 мая 2021) по защите против злоупотреблений во время массового перехвата трансграничных коммуникаций и получения информации от иностранных спецслужб.

Коротко – Большая палата нашла нарушения статей 8 и 10 Конвенции относительно режимов массового перехвата и сбора данных связи и не нашла нарушения обоих положений относительно получения разведывательных данных от иностранных спецслужб.

Более подробно – решение Большой палаты устанавливает основные гарантии, необходимые для режима массового перехвата в соответствии со статьей 8 и статьей 10, в том числе для обеспечения защиты конфиденциальности журналистских материалов.

Оно также определяет необходимые гарантии статьи 8 на получение информации от иностранных спецслужб.

По статье 10 и доступа к конфиденциальным журналистским материалам спецслужбами, которые проводят операцию массового перехвата, Суд различил две ситуации: преднамеренный доступ через преднамеренное использование селекторов или поисковых терминов, связанных с журналистом, и случайный «улов» такой операции.

Что касается умышленного доступа, учитывая значительную степень вмешательства (такой доступ очень вероятно приведет к получению значительного количества конфиденциальных материалов), такому вмешательству должна предшествовать санкция суда или другого независимого и беспристрастного органа, наделенного полномочиями определять, что такой доступ «оправдан высокими требованиями общественного интереса», и, в частности, существовали другие менее навязчивые меры, чтобы удовлетворить высшие общественные интересы».

Что касается случайного доступа, степень вмешательства невозможно предсказать с самого начала, что делает невозможным оценку пропорциональности на этапе разрешения. Учитывая это, национальное законодательство должно содержать «надежные гарантии хранения, изучения, использования, дальнейшей передачи и уничтожения таких конфиденциальных материалов». Более того, «... когда становится очевидным, что ...коммуникационные данные содержат конфиденциальные журналистские материалы, их дальнейшее хранение и анализ должны быть возможны только при условии разрешения на это судьи или иного независимого и беспристрастного органа ...наделенного полномочиями определять, что дальнейшее хранение и анализ «обоснованы высокими требованиями общественного интереса».

2. В случае получения разведывательных данных от иностранных спецслужб вмешательство в статью 8 заключается не в самом перехвате, что осуществлялось под полным контролем иностранных спецслужб и, следовательно, не подпадало под юрисдикцию государства. Оно заключается в первоначальном запросе и в получении перехваченного материала с последующим его хранением, изучением и использованием спецслужбами получающего государства.

Для первого этапа (первичного запроса) Суд отметил необходимость не допустить, чтобы государства обходили свои обязательства, предусмотренные Конвенцией, путем взаимодействия с недоговорными государствами.

Суд постановил, что: «...если запрос на перехват подается в недоговорное государство, запрос должен иметь основу во внутреннем законодательстве и это законодательство должно быть доступным для заинтересованного лица и предполагаемым по нему последствиям...

Также необходимо иметь четкие подробные правила, которые дают гражданам адекватное указание обстоятельств и условий, при которых органы власти уполномочены подавать такой запрос ...и обеспечивающих эффективные гарантии против использования таких полномочий в обход национального законодательства и/или обязательств государства по Конвенции».

По второму этапу (получение материалов перехвата), «...получающее Государство должно иметь надлежащие гарантии для (их) изучения, использования и хранения; для дальнейшей передачи; и для их стирания и уничтожения. ...Наконец ...любой режим, позволяющий спецслужбам требовать перехвата или перехватывать материалы из недоговорных государств, или получать непосредственный доступ к таким материалам, должен подлежать независимому надзору, а также должна существовать возможность независимого ex post facto пересмотра», - отметила Анна Юдковская.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и Twitter, чтобы быть в курсе самых важных событий.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Быть ли суду в смартфоне: замглавы ГСА о ЕСИТС и перспективах электронного суда
Быть ли суду в смартфоне: замглавы ГСА о ЕСИТС и перспективах электронного суда
Loading...
Сегодня день рождения празднуют
  • Олександр Заяць
    Олександр Заяць
    заступник голови Чернігівського окружного адміністративного суду
  • Петро Ковзель
    Петро Ковзель
    суддя Окружного адміністративного суду міста Києва
загрузка...