Суды и СМИ: диалог возможен?

21:29, 19 сентября 2014
Газета: 36 (254)
«Особый статус судей не дает им возможности вступать в открытую полемику, защищаясь от угроз и обвинений», – из открытого письма председателя ВСУ Ярослава Романюка к спикеру ВР и народным депутатам от 14.02.2014...
Суды и СМИ: диалог возможен?

Наталья Мамченко,
«Судебно-юридическая газета»

Задача, которую декларировали все без исключения авторы судебных реформ как при власти прошлой, так и нынешней, состояла в том, чтобы сделать судебную систему более открытой и доступной для граждан, а судей – по-настоящему независимыми. Однако факты свидетельствуют, что к достижению этой цели ведет еще долгий путь.

В свете событий сегодняшнего дня стала очевидной проблема значительного понижения уровня доверия граждан к судебной власти в Украине. Об актуальности этих вопросов свидетельствует принятие Закона «О восстановлении доверия к судебной власти в Украине» и не менее резонансного Закона «Об очищении власти». О них «Судебно-юридическая газета» писала уже не раз. Очевидно, самое время начать открытый диалог между судебной системой и обществом. Однако готовы ли обе стороны услышать друг друга?

Совет судей Украины принял решение, согласно которому при нем созданы пресс-центр и общественный совет. Регулярно проводятся опросы граждан относительно доступности правосудия. Практически на всех мероприятиях судьи поднимают вопрос о том, как укрепить доверие граждан к отечественной Фемиде. Этот вопрос внесен и в повестку дня съезда судей, который состоится 25–26 сентября, поэтому итоги опросов будут иметь практическое значение.

Казалось бы, судебная система прямо заявляет: да, мы готовы принять аргументы и направить все усилия на то, чтобы достичь консенсуса с представителями общественности. Однако последние далеко не всегда готовы протянуть руку в ответ. Причины тому разные. Во-первых, искоренение негативного имиджа судебной власти, который та успела выстроить за историю независимой Украины благодаря усилиям отдельных своих представителей, бесспорно, займет не один день. Во-вторых, для многих «люстраторов», политиков, подконтрольных им средств массовой информации муссирование образа закоренелых судей-коррупционеров является козырной картой в будущей избирательной гонке и плодотворным способом самопиара. Вот и получается, что выход из ситуации один – выяснить реальное отношение граждан к нашей Фемиде.

Vox populi: что дают опросы?

Как на самом деле граждане оценивают ситуацию в судах? С 1 по 5 сентября 2014 г. ССУ и Государственной судебной администрацией была проведена всеукраинская акция «Укрепим доверие граждан к суду». Ее задачей было определение существующих проблем работы судов: оценки доступности правосудия, эффективности организации работы суда и независимости, беспристрастности судей во время судебного рассмотрения дел. Одним из этапов акции был анонимный опрос посетителей судов. Задавались вопросы и непосредственно судьям. Кроме того, организаторы акции предполагали опросить представителей юридической профессии (судей, адвокатов, прокуроров), общественных организаций и СМИ об их оценке состояния независимости судей в Украине.

Главным этапом акции является предоставление отчета (на основании полученных данных) с соответствующими рекомендациями для повышения уровня доверия граждан к суду, независимости судей и совершенствования деятельности судов, органов судейского самоуправления и иных органов судебной власти. Ключевые вопросы касались доверия – у респондентов интересовались, доверяют ли они суду, в котором рассматривается их дело, и судебной системе в целом. Результаты опроса будут опубликованы в ближайшем будущем.

Отметим, что различные органы и ранее проводили такие мониторинги. В частности, в 2012 г. Тогда из 20668 граждан на вопрос «Можете ли Вы сказать, что суд при рассмотрении Вашего дела был независимым и беспристрастным и обеспечил справедливое судебное разбирательство?» положительный ответ дали 16360 человек (79,16%). Претензии к процессу правосудия имели 9% опрошенных граждан, а 11,5% респондентов не определились с ответом.

Наряду с этим, общие социологические опросы граждан свидетельствуют о крайне низком доверии к суду. С чем это связано? Как выяснилось, многие исследовательские центры, которые говорят о 2–3% доверия к украинской Фемиде, задавая вопросы респондентам, попросту не интересуются, доводилось ли им бывать в суде. В то же время, часть респондентов руководствуются в своих ответах не собственным опытом, а общим негативным фоном, который создают СМИ или политики.

Последствия публичности

Впрочем, случается, что от общих рассуждений о коррумпированности Фемиды и т. д. конкретные лица переходят к активным действиям. Так, Совет судей Украины в одном из своих последних решений отметил, что из-за негативной информации, распространяемой СМИ, формируется негативное отношение не только к судьям, но и к членам их семей. А когда при этом в открытом доступе оказываются сведения о родственниках судьи, это нередко вызывает угрозу их здоровью и жизни.

Так, 10 июля с. г. в программе новостей ТСН телеканала «1+1» вышел сюжет, в котором распространялась информация не только о судьях Шевченковского райсуда Киева, но и о членах их семей, что, как отмечено в решении ССУ, привело к конфликтам и нанесло ущерб жизни людей. Речь идет о сюжете, в котором рассказывалось, что судьи Шевченковского райсуда, а именно Светлана Гайдук и Валентина Малиновская, которые рассматривали как следственные судьи ходатайства органов досудебного расследования о применении к подозреваемым меры пресечения в виде содержания под стражей 3 декабря 2013 г., до сих пор работают своих на должностях.

При этом в сюжете была показана также судья данного суда Елена Радчикова, которая 3 декабря вообще была на больничном, и указано, что она выбирала меру пресечения в виде содержания под стражей подозреваемому Ярославу Притуленко. Таким образом, в этой части информация была недостоверной.

Кроме того, как отмечается в письме председателя Шевченковского райсуда Киева Олега Савицкого к ССУ, в данном сюжете журналисты цинично вмешались в личную жизнь семьи судьи Гайдук, посетив ее мать пожилого возраста по месту проживания в одном из сел Львовской области. В эмоциональном состоянии женщина умоляла журналистов «1+1» оставить ее в покое, и в сюжете цинично были показаны ее слезы и мольбы. После демонстрации данного сюжета неизвестные лица побили окна в квартире матери судьи. Естественно, правоохранительные органы будут расследовать данный случай, но вернет ли это спокойствие пожилой женщине, которая живет в селе среди людей, которые видели данный сюжет и теперь будут за глаза обсуждать личность ее дочери?

Приведем еще один пример. 25 августа с. г. в программе «Достало!» телеканала IСТV ведущий сообщил телезрителям, что 3 августа вступили в силу изменения в Государственный бюджет, в соответствии с которыми, цитируем, «судьям повысили зарплату, и теперь оклад судьи местного общего суда составит 18 тыс. 270 грн». При этом ст. 8 Закона «О Государственном бюджете Украины на 2014 год» (в редакции от 27 марта с. г.) определено, что минимальная зарплата в 2014 г. в месячном размере составляет 1218 грн, и 18 тыс. 270 грн составит лишь максимальный месячный размер судейского вознаграждения.

Только рекомендации

В итоге ССУ принял решение обратиться к комиссии, которая занимается вопросами журналистской этики для рассмотрения и предоставления оценки соответствия действий журналистов телеканалов «1 + 1» и ICTV требованиям «Этического кодекса украинского журналиста».

Впрочем, по результатам рассмотрения обращения судьи данная комиссия может сделать дружеское предупреждение, которое применяется в случаях, когда комиссия расценила нарушение норм журналистской этики представителем СМИ как непреднамеренную ошибку, или же заявление в форме публичного осуждения, если действия журналистов или СМИ расцениваются как сознательное нарушение норм журналистской этики и являются абсолютно несовместимыми с понятиями профессиональной журналистики.

Впрочем, возникает вопрос, насколько решения общественной организации эффективны? Ведь они, в отличие от судебных решений, не являются обязательными для исполнения. Таким образом, досудебный механизм урегулирования указанных вопросов, прямо скажем, «хромает». А тяжбы судей с представителями СМИ лишь усложнят ситуацию и даже в случае выигрыша первых не прибавляют плюсов к имиджу Фемиды.

Как неоднократно отмечал в своих решения Европейский суд по правам человека, свобода выражения мнения, гарантированная п. 1 ст. 10 Конвенции, составляет одну из основ демократического общества. При условии соблюдения п. 2 эта свобода касается не только той информации или тех идей, которые получены надлежащим образом или рассматриваются как безобидные или незначительные, но и тех, что оскорбляют, шокируют или вызывают беспокойство. Вместе с тем, право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений предусматривает обязанность не распространять о лице недостоверную и порочащую его достоинство, честь или деловую репутацию информацию.

Информационные войны

Согласно Кодексу профессиональной этики украинского журналиста, главная обязанность пишущего – содействовать обеспечению права граждан на оперативную информацию. Это обязывает журналиста всегда быть объективным и ответственным за свое дело. Однако далеко не все журналисты придерживаются этих принципов.

Стоит вспомнить некоторые сюжеты о судьях в эфире отечественных телеканалов. Например, о том, что судьи якобы отобрали у граждан жилье – в то время, как речь на самом деле шла об ошибке местной администрации (к тому же, согласно Закону «О судоустройстве и статусе судей», судьи имеют право лишь на служебное жилье). Информация была представлена зрителю в таком виде, что судья, как говорят, без суда и следствия виновен, и после просмотра сюжета возникало ощущение, что судья в любых бытовых «разборках» априори не может быть прав, так как он судья.

Безусловно, особенно опасными для судей информационные войны могут оказаться в пылу избирательной кампании, когда кандидаты начнут бороться за места в Верховной Раде. Очевидно, соблазн найти рычаги управления судьями у некоторых представителей правоохранительных органов и политиков очень велик. В решении этой проблемы нельзя не отметить роль прокуратуры, которая должна своевременно и объективно реагировать на такие факты. Судьям же стоит помнить, что их независимость, прежде всего, зависит от них самих, а в случае попыток давления есть возможность прямо сообщать о них в органы судейского самоуправления.

Кто защитит судей от провокаций?

Как известно, нормой Закона «О судоустройстве и статусе судей», которую международные эксперты отметили как прогрессивную, стало появление у судьи, который видит угрозу своей независимости, права напрямую обратиться за защитой в Совет судей Украины (ст.47 Закона). Совет судей, в свою очередь, обязан безотлагательно проверить и рассмотреть такое обращение с участием судьи и принять необходимые для устранения угрозы меры.

В последнее время судьи используют этот способ защиты достаточно активно, обращаясь к ССУ с заявлениями о посягательстве на их независимость. Нередко он обращаются к Совету с просьбой принять меры для прекращения незаконных, по их мнению, действий работников правоохранительных органов, связанных со сбором личных данных, допросами в качестве свидетелей по уголовным делам.

Впрочем, наиболее остро стоит проблема внесения данных в Единый реестр досудебных расследований. Сегодня в отношении судей открыто огромное количество уголовных производств по заявлениям участников судебных процессов, которые недовольны принятыми решениями или имеют намерение повлиять на будущее решение судьи. А правоохранительные органы, в свою очередь, готовы и в выходные, и по ночам вносить информацию о производствах в отношении судей в ЕРДР, заявляя, что они не могут поступить иначе по Уголовному процессуальному кодексу, хотя юристам известно, насколько «охотно» они обычно делают это по другим заявлениям. Кроме того, есть факты, когда по обращениям народных депутатов в отношении судей в реестр правонарушений вносятся сведения о якобы совершенном судьей правонарушении, причем без какой-либо проверки.

И это несмотря на то, что Судебная палата по уголовным делам Верховного Суда Украины в своем заключении от 1.07.2013 по вопросу о начале уголовного производства в отношении судей отметила, что под вмешательством в деятельность судебных органов следует понимать влияние на судью в любой форме со стороны любого лица с целью склонить его к совершению или несовершению определенных процессуальных действий или принятию определенного судебного решения. Поданное же в правоохранительный орган заявление по результатам уже принятого решения является именно такой формой вмешательства.

В полномочиях Совета судей Украины – обратиться к соответствующим органам, в частности, к Генеральной прокуратуре, Службе безопасности Украины. Поскольку ССУ составляют судьи, они практически сразу видят проблему с точки зрения своей юрисдикции. ССУ получает ответы ГПУ, управлений СБУ в областях и т. д. Но, как отмечали члены предыдущей каденции Совета, часто они формальные, с отсылкой к органам, на которые судья и жалуется. Есть надежда, что ССУ в новом составе не будет получать подобные «отписки».


Комментарии ЭКСКЛЮЗИВ

Святослав Пограничный, глава Первой правовой медиагруппы

– Наверное, самое сложное в судебной деятельности – необходимость принимать иногда непопулярные решения. Свобода судьи должна состоять в том, что когда он должен принять непопулярное решение, его за это никто не упрекнет и ни в чем не обвинит. Но это очень сложно, тем более, для нашего государства.

Очевидно, что в СМИ появлялись и будут появляться материалы, которые призваны дискредитировать представителей судебной профессии. Эффективно противодействовать этому можно только с помощью повышения доверия к судебной системе путем как можно большей информированности населения о деятельности судов. К сожалению, у нас часто случаются так называемые «перепевки», когда журналисты, не понимая смысл судебного процесса, стараются изложить все так, как они это понимают, иногда взывая к моральным ценностям. Безусловно, моральные нормы должны приниматься во внимание, но бывает, что закон выписан по-другому. Если население будет понимать, как выстроен закон, что судьи просто являются исполнителями закона и тут отсутствует какое-то постороннее влияние, тогда можно будет считать, что диалог состоялся.

Артур Емельянов, судья Высшего хозяйственного суда Украины

– Говоря о журналистике, я предпочитаю отделять профессиональных журналистов, подающих объективную информацию, от «желтой прессы», представители которой преследуют иные цели. Мы можем наблюдать, что информация о судебной власти, поданная профессиональным журналистом, изобилует специфическими юридическими терминами и, скорее всего, способна заинтересовать достаточно узкий круг потребителей. Если эта информация подтверждена фактами, пусть даже подвергнута переосмыслению и здравой оценке самого автора (не имеет значения, с какой стороны – позитивной или негативной), она характеризует то или иное событие, произошедшее в судейской среде. Такой подход следует ценить, объективно поддерживать и относиться к нему с пониманием как с точки зрения публичности, так и с точки зрения открытости и гласности судебного процесса.

Если же говорить о моем личном опыте опровержения недостоверной информации, могу сказать следующее. Действительно, информация, порочащая мою честь и достоинство, была размещена в СМИ, что вынудило меня в порядке, установленном законом, обратиться в суд. Однако ввиду того, что эта информация была размещена со слов судьи Хозяйственного суда Киева Аллы Прыгуновой, именно она и выступает ответчиком. СМИ же, разместившее информацию, выступает соответчиком только в силу законодательных предписаний. На данный момент рассмотрение дела затягивается, поскольку ответчик не является в заседания, опасаясь (очевидно, небезосновательно), что решение суда будет вынесено не в его пользу.

Что же касается самого СМИ, естественно, я считаю, что было бы правильным, если бы журналист, получивший информацию от судьи Прыгуновой, обратился за комментарием и ко мне, чтобы подготовленный им материал был более объективным. Однако он не только не сделал этого, но и отказался публиковать опровержение, ссылаясь на то, что информация, попавшая в его распоряжение, является мнением конкретного лица, и за ее достоверность он ответственности не несет. Думаю, это непрофессионально. Тем не менее, вся эта ситуация, даже помимо моего желания, наводит меня на воспоминания о словах одного киноактера: «Пустьобо мнепишут все, что угодно, кроме некролога».

Сергей Пойда, председатель Дарницкого районного суда Киева

– У судьи, как и любого другого гражданина Украины, в случае размещения о нем неправдивой информации есть единственный способ защиты: обращение в суд с иском о защите чести и достоинства. Ни у меня, ни у знакомых мне коллег не было ситуаций, при которых пришлось бы опровергать какую-то информацию. Я знаю, что уже более года поднимается вопрос о том, что суды занимают позицию бездействия в части освещения своей деятельности. О судах или рассмотрении дел публикуется и доносится до сведения общественности очень много разной информации и позитивного, и негативного характера, тогда как сами суды и органы судейского самоуправления молчат. Только в последнее время они начали занимать более активную позицию и освещать свою работу, опровергать неправдивую информацию.

Андрей Леонтович, член Совета судей Украины, судья Киевского окружного админсуда

– Защитить честь и достоинство и опровергнуть недостоверную информацию, поданную в СМИ, судья, как и любое другое лицо, может в порядке, предусмотренном законодательством. Касательно моей практики, могу отметить, что в нашем суде интерес прессы в основном привлекают дела, имеющие политический контекст. В основном это споры, возникающие в сфере избирательного процесса.

Конечно, судебная система старается быть открытой, но активный интерес СМИ не может оставаться незамеченным судьями. Прежде всего, сказывается человеческий фактор. Любое обращение, присутствие представителей СМИ в зале судебного заседания, статьи и иные материалы не могут не оказывать то или иное влияние на судью, которое при определенных обстоятельствах можно приравнять к давлению.

Отмечу, что в практике европейских стран и США чрезмерный интерес прессы к судебным заседаниям воспринимается как давление на суд. Наше общество пока не готово к такому восприятию. Поэтому, чтобы избежать негативных факторов взаимодействия судебной власти и СМИ, следует принимать меры, способствующие возрастанию уровня доверия к судебной власти как со стороны граждан Украины, так и со стороны СМИ. Думаю, что при взаимодействии судебной власти и СМИ не будет возникать никаких проблем, если обе стороны будут сотрудничать исключительно в рамках законодательства.

Владимир Британчук, судья Высшего специализированного суда по рассмотрению гражданских и уголовных дел

– Защитить честь и достоинство судья может в порядке, установленным Гражданским кодексом. На мой взгляд, это самый верный способ, поскольку в случае обращения в суд бремя доказывания падает не на истца (в нашем случае судью), а на ответчика, т. е. СМИ. Полемика же с одним СМИ с помощью другого породит волну комментариев, среди которых отыскать истину будет проблематично. Более того, нежелание судьи обращаться в суд может быть расценено как подтверждение правдивости опубликованной информации.

Другое дело, если информация является правдивой, но исключительно конфиденциальной. Публикация такой информации вообще недопустима. Конечно, следует учитывать, что есть такая категория, как государственные служащие, которые являются публичными людьми, в соответствии с чем законодатель распространяет на них право общества на получение той или иной информации. Публичный человек должен понимать, что к нему будет приковано повышенное внимание СМИ. Но эта информация должна быть исключительно правдивой.

Что же касается собственно судей, то обезопасить себя от нападок СМИ они должны, прежде всего, своими законными, мотивированными решениями. Сегодня основная проблема заключается в том, что не без подачи других ветвей власти формируется негативный имидж судебной системы. Но это касается судей в общем, а не конкретных людей. В отношении конкретных судей, за исключением некоторых моих коллег, выносивших решения по делам, имеющим политический контекст, мне неизвестны вопиющие прецеденты конфликтов со СМИ. Как правило, в Киеве, раз уж речь зашла о моей практике, СМИ с уважением относятся к представителям судебной власти. Да, есть отдельные эпизоды, такие, как, например, обращение в Совет судей Украины, поступившее от судьи Гайдук, семья которой подверглась нападению якобы после выхода в свет порочащей честь и достоинство информации. Однако в этом случае причинно-следственная связь между сюжетом и нападением пока не установлена, поэтому говорить о конфликте между судьей и СМИ рано.

Владимир Кравчук, судья Львовского окружного админсуда

– Для того, чтобы предотвратить недоразумения, которые могут возникнуть в процессе взаимодействия представителей судебной системы и СМИ, в Совете судей Украины была сформирована комиссия, занимающаяся вопросами взаимодействия со СМИ. Эта комиссия разрабатывает алгоритмы действий в случае возникновения подобных ситуаций. Единая практика в этой области пока не сформирована, невзирая на то, что сегодня случаи несогласия судей с теми или иными публикациями есть. В Совете судей сформирована целая подборка соответствующих материалов. Конечно, в соответствии с законом, судья имеет право обратиться в суд, однако мне такие прецеденты неизвестны. Для судей это болезненная тема – средств противодействия нет. Я считаю, что такие средства должны быть индивидуальны. На такие случаи должна реагировать вся судебная система, поскольку это является ее общей проблемой.

Надежда Стефанив, судья Апелляционного суда Ивано-Франковской области

– Есть информация недостоверная и некорректная. Конечно, судья в случае обнародования недостоверной или унижающей его честь и достоинство информации может обратиться за защитой в суд. Однако не думаю, что он воспользуется этой возможностью, поскольку сам процесс также может навредить его имиджу. Впрочем, все зависит от того, насколько недостоверна или некорректна опубликованная информация и насколько она посягает на честь, достоинство и деловую репутацию. Конечно, прежде всего, этот вопрос следует урегулировать во внесудебном порядке, путем переговоров со СМИ о публикации опровержения. В моей практике подобных случаев не было.

Если же речь идет о конфиденциальной информации, следует обратить внимание на законодательство о защите персональных данных, согласно которому публикация некоторой информации запрещена. В этом случае судья ничем не отличается от любого другого гражданина Украины.

Я считаю, что для того, чтобы избежать возникновения неприятных инцидентов, суды должны сотрудничать со СМИ. Следует разработать определенный механизм такого взаимодействия. Только таким образом мы сможем предупредить и предотвратить такие случаи.

Павел Гвоздик, председатель Совета судей общих судов Украины, судья ВССУ

– Взаимоотношения судейского корпуса и средств массовой информации достаточно многогранны. Есть вопросы, которые судья вправе прокомментировать. Прежде всего, это вопросы, связанные с законодательством, обобщением судебной практики по его применению. Однако есть и вопросы, на которые судья не может отвечать ввиду предписаний Кодекса судейской этики. Например, это касается невозможности судьи предоставлять комментарии относительно судебных дел, находящихся в его производстве. Хотя иногда наши коллеги допускают подобные нарушения.

Но откровенно говоря, на данный момент можно придти к выводу, что судья фактически беззащитен перед СМИ, поскольку правовой способ защиты чести и достоинства – обращение в суд – может оказаться эффективным, но запоздалым. Особенно, если речь идет о так называемых заказных публикациях. К сожалению, мы можем наблюдать, что это явление сегодня достаточно распространено.

Для того, чтобы предотвратить возникновение таких негативных явлений, очевидно, необходимо устанавливать более тесное взаимодействие между журналистами и представителями судейского сообщества. Бесспорно, это длительный процесс, который, прежде всего, должен быть обоюдным и который нужно начинать уже сегодня.

Сергей Вдовиченко, судья Конституционного Суда Украины

– Самое главное – это корректное отношение как к отдельному судье, так и к судебной власти в целом корреспондента с одной стороны и судьи, комментирующего тот или иной вопрос, с другой. Деятельность суда носит публичный характер, за исключением случаев, предусмотренных законом, в которых рассмотрение дел происходит в закрытом заседании. Поэтому я поддерживаю объективное освещение СМИ того или иного дела либо деятельности судебной системы в целом. Объективность особенно важна сегодня, поскольку общественность ориентируется на средства массовой информации и доверяет им. Именно на основании информации, размещенной в СМИ, общественность делает свои выводы по поводу тех или иных событий или проблем.

К сожалению, в последнее время стало модным выставлять судебную власть в глазах общественности в негативном свете. Суды обвиняют, на суды навешивают ярлыки. Я не говорю о судьях. Если конкретный судья допустил нарушение при осуществлении своей деятельности, и если этот факт нашел подтверждение при рассмотрении Высшей квалификационной комиссией судей или Высшим советом юстиции, эта информация не только может, но и должна быть объективно освещена. Однако когда негативные оценки даются судебной власти в целом, возникает опасность вообще остаться без таковой. Действительно, есть случаи поведения судей, порочащие судебную власть. Но здесь важно подчеркивать, что это именно случай. В противном случае мы никогда не достигнем надлежащего уровня судебной власти и правосудия в Украине. Агрессивный настрой некоторых СМИ заставляет судей достаточно осторожно относиться к взаимодействию с прессой, опасаясь, что смысл их слов может быть сознательно исковеркан.

Мне известны случаи, когда Совет судей Украины обращался к комиссии журналистской этики относительно тех или иных публикаций. Однако мы знаем, что решения этого органа не являются обязательными. Обращаться в суды, как правило, судьи избегают. Хотя обратиться в суд за защитой своей чести и достоинства – это право любого лица. Как правило, судьи слишком загружены, чтобы отстаивать свои права в суде. Мало кто из представителей СМИ пишет о том, что вместо положенного отдыха после окончания рабочего дня судьи вынуждены продолжать работу и рассматривать дела. К тому же, судьям высших судов урезали заработную плату. Сейчас складывается парадоксальная ситуация, когда специалисты в области права предпочитают становиться не судьями, а адвокатами, ссылаясь на негативный имидж судебной власти, который формируется искусственно.

Богдан Львов, председатель Высшего хозяйственного суда Украины

– Снизить вероятность обнародования необъективной информации суды могут, работая на упреждение. Чем больше разнообразных конкурентных источников информации будут предоставить суды для корреспондентов, тем объективней будет подача этой информации в СМИ. Если же речь идет об отдельных частных случаях, то судьи могут либо потребовать опровержения, либо же в порядке, определенном законом, обратиться в суд за защитой чести и достоинства. Конечно, внесудебное решение подобного спора является наиболее благоприятным, однако практика показывает, что самые дерзкие случаи необъективной подачи информации происходят неслучайно. Если находятся желающие обнародовать негативную информацию, не имеющую оснований, в таком случае редко удается опровергнуть ее мирным путем.

Другое дело, если необъективность информации была обусловлена ошибкой корреспондента. Это легко исправить в ходе переговоров об информационном опровержении. Такие случаи не редкость. Чтобы их минимизировать, необходимо правильно организовать взаимодействие судебной власти и СМИ. Однако на вопрос о том, как это сделать, ответа пока, к сожалению, нет.

Говоря о Высшем хозяйственном суде Украины, могу отметить, что мы стараемся быть как можно более открытыми: предоставляем СМИ всю возможную в рамках действующего законодательства информацию, заблаговременно извещаем о разнообразных мероприятиях, проводимых в суде, открываем к ним доступ с тем, чтобы представители СМИ могли беспрепятственно их посетить. Также мы отвечаем на всевозможные запросы, организуем встречи с корреспондентами, а иногда и обращаемся к СМИ с целью популяризации собственных инициатив по усовершенствованию работы судебной системы.

Олег Присяжнюк, судья Апелляционного суда Киева, член ССУ

– В мире есть достаточно механизмов взаимодействия власти и СМИ. В основном они сводятся к одному – аттестации журналистов, чтобы они могли правильно освещать то, что происходит в суде. Проще говоря, журналист должен уметь правильно преподносить фразу «казнить нельзя помиловать», понимать, после какого слова в ней стоит запятая. Если журналист допускает грубые ошибки, его надо лишать аккредитации для работы в суде. Страсти в залах судов бывают накалены, и не расставив правильно запятые, выходить на публику или телеэкран и докладывать о происходящем в суде не стоит. Люди ведь часто воспринимают то, что говорят журналисты, за чистую монету, хотя иногда это просто не расставленные там, где надо, запятые.

Думаю, при Совете судей или Государственной судебной администрации должна быть создана комиссия, которая будет выдавать аккредитацию журналистам, желающим работать в суде. Они должны знать, как правильно освещать происходящее в зале судебных заседаний. Я сам сталкивался с ситуацией, когда СМИ некорректно подавали ту или иную информацию. Если вопрос касается независимости судей, и журналисты явно перегибают палку, судья вполне имеет право подать на журналистов в суд. Вообще судьи должны «дружить» со ст. 376 Уголовного кодекса («вмешательство в деятельность судебных органов»), а журналисты, в свою очередь, должны понимать, что такая статья существует. И судьи, и журналисты должны знать, где проходить грань, когда начинается ответственность за свои действия.

Михаил Новиков, судья Киевского апелляционного хозяйственного суда, член ССУ

– Мы в Совете судей рассмотрели вопросы взаимодействия со СМИ и пришли к выводу, что любой непосредственный контакт между СМИ и судами – это двухстороннее вмешательство в деятельность друг друга. Мы изучили европейскую практику и пришли к выводу, что в цивилизованном мире проблемные вопросы отношений судов и СМИ решаются посредством комиссии по журналистской этике. У нас в стране тоже есть такая комиссия, мы связались с ней, было решено, что если дело доходит до конфликтов и даже судебных споров между судьями и СМИ, будет привлекаться эта комиссия. Она будет делать экспертное заключение, действительно ли в действиях журналистов были признаки нарушения журналистской этики. По результатам таких заключений можно будет говорить, было ли вмешательство в деятельность судов. Этот механизм позволяет избегать конфликтов и судебных тяжб, обойтись без привлечения правоохранительных органов. Тем более, что если кто-то обращается в правоохранительные органы, согласно действующим правилам, комиссия журналистской этики прекращает свою работу, пока они на закончат свою. Поэтому мы ориентируем судей, что перед тем, как они собираются написать заявление в правоохранительные органы, им лучше обращаться в комиссию по журналистской этике. Мы независимая структура, как и СМИ, поэтому нам необходимо придерживаться определенного баланса.

Владимир Погребняк, судья Высшего хозяйственного суда Украины, член Совета судей хозяйственных судов

– СМИ не зря называют «четвертой властью». Эта власть не предусмотрена Конституцией Украины как ветвь власти, но является, по выражению Европейского суда по правам человека, «сторожевым псом демократии». И в этом качестве СМИ могут, обязаны и будут влиять на все ветви власти, действуя в интересах всего общества. Как представитель судебной власти, и просто как гражданин, хотел бы, чтобы это влияние было конструктивным, уважительным, этичным, не допускающим оскорбления человеческого достоинства.

Так и должно быть в идеале. Однако этого идеала не удалость достичь ни в одной стране, даже в демократических странах ЕС. Там тоже бывают судебные тяжбы судей со СМИ. Европейским судом по правам человека наработана соответствующая практика, на которую должны ориентироваться судебная власть и СМИ Украины. Определено, что является корректным по отношению к представителю судебной власти, важным и допустимым в интересах общества, а какие границы переходить нежелательно.

В предыдущем составе Советом судей неоднократно рассматривались вопросы, когда СМИ, в т. ч. посредством интернета, распространяли информацию, порочащую честь и достоинство судей. Тем не менее, Совет судей Украины воздерживался от резких комментариев и оценок деятельности журналистов, понимая, что это может быть воспринято обществом как вмешательство в свободу слова. Совет судей Украины во вновь избранном составе также, насколько мне известно, настроен на конструктивное взаимодействие со СМИ. Но нам хотелось бы, чтобы те журналисты, которые освещают судебные процессы, деятельность судебной власти в целом, имели достаточный для этого уровень компетентности. Часто бывает так, что конкретный журналист, освещая общественно значимый вопрос, просто не обладает знаниями, необходимыми для понимания того, что происходит. А ведь без понимания дать правильную оценку происходящему невозможно.

И в Европе, и у нас бывают случаи, когда судьи подают в суд на СМИ. Европейская практика предусматривает, что критика СМИ в отношении власти может быть достаточно широкой, за исключением представителей власти судебной. У нас в законодательстве нет специальных норм, защищающих судей. Есть общие нормы, которые позволяют судье как частному лицу обращаться в суд с иском о защите чести и достоинства. Идея ввести специальную норму была, но в жизнь так и не воплотилась.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Как судьям будут компенсировать сверхурочные
Сегодня день рождения празднуют
  • Ирина Литвинюк
    Ирина Литвинюк
    судья Апелляционного суда Черновицкой области
  • Виктор Колесник
    Виктор Колесник
    судья Конституционного Суда Украины
Новости онлайн