Зависть

13:36, 14 апреля 2015
Газета: 14 (282)
Дорофеев решил разорить Воробьевых, тайно переводя деньги со счетов предприятия на свои собственные, открытые в банках за рубежом...
Зависть

Часть 3


…Когда предприятие Юрия Воробьева должно было пойти «с молотка» за долги, Анатолий Тропинкин купил его на выгодных для бывших владельцев условиях. Но Валерий Воробьев считает, что Анатолий виноват в самоубийстве его отца, и хочет отобрать отцовское предприятие. В авто Тропинкина заложена взрывчатка – он погибает. Бандиты похищают Анну Тропинкину и требуют, чтобы она отказалась от оставшегося после мужа бизнеса.

…Валерия Воробьева мучают по ночам кошмары. Он понимает, что за убийство и похищение придется отвечать.

Кто внушил Валерию, что в бедах его семьи виноват Тропинкин?


Недавний сон давил на сознание, не позволял уснуть. За окном – глубокая ночь, до рассвета еще далеко. Анна не выходит из головы. Поворочавшись с боку на бок, Валерий понял, что ему уже не уснуть.

…В коридоре полумрак. За дверью комнаты, где находится Анна с мальчиком, тишина. Желание увидеть обожаемую женщину было так велико, что Валерий не смог сдержаться и повернул в замке ключ. Яркий свет ослепил его. Кровать пуста. Он быстрым взглядом окинул комнату и не удержался от крика… Вероятно, это произошло буквально за несколько мгновений до его появления. Анна лежала на полу, и на ее шее был туго затянут кожаный ремень – наверное, ее собственный. Правая рука женщины вцепилась в удавку, желая ослабить ее или снять.

В два прыжка Воробьев пересек комнату, осторожно и с большим трудом снял с шеи женщины ремень. Мелькнула мысль: «Она сама не смогла бы…»

К счастью, Анна была жива. Валерий перенес ее на кровать. Что нужно делать в подобных случаях, он не знал. Может, искусственное дыхание?

Ресницы Анны дрогнули, она открыла глаза. Попыталась что-то сказать, но ничего не получалось. Воробьев догадался:

– Сын? Забрали? Кто??

Анна сделала рукой вялое движение в сторону двери:

– Та-ам…

«Дорофеев! Я подозревал, что он ведет двойную игру!»

Дорофеев постоянно находился почти рядом, в маленькой комнате перед монитором. Его обязанностью было наблюдать за Анной. Сейчас эта комната не была заперта, но Кирилла Дорофеева там не оказалось. Воробьев в ярости смел со стола ноутбук. Дорофеев сбежал и прихватил с собой Сережу Тропинкина! Очевидно, почувствовал, что жареным запахло.

«Но зачем он едва не задушил Анну? Зачем ему понадобился ребенок? – рассуждал Валерий Юрьевич. – Наверное, он хотел чего-то добиться от Анны. Она вынуждена была сказать ему, где хранятся ценные бумаги и документы, касающиеся бизнеса! Но сейчас он не сможет ими воспользоваться. Значит, мальчишку прихватил с собой как заложника. Анна захочет вернуть сына и согласится на любые его условия! Но это произойдет не ранее, чем через полгода. Нет, уже через пять месяцев! – поправил себя Воробьев. – Вряд ли хитрый Дорофеев все это время будет находиться в Украине. Значит, за границу?»

Собственные планы Воробьева на предмет возвращения семейного бизнеса накрылись медным тазом, но он теперь не об этом думал. Бегом назад, в комнату Анны!

Молодая женщина сидела на кровати и плакала. Увидев входящего Воробьева, вскрикнула:

– Где он? Где Сережа?

Тот не успел ничего ответить – в его кармане зазвонил мобильный. «Дорофеев!» – догадался Валерий. Закричал в трубку:

– Слушай, негодяй, ты слишком далеко зашел в своей игре!

От того, что услышал в ответ, лицо у него сделалось мертвенно-бледным. Язык плохо повиновался ему, в голосе – чрезвычайное удивление:

– Ты-ы?? Откуда?

– С того света! – ответил невидимый собеседник. – С тобой я еще успею разобраться, а сейчас нам нужно помешать Дорофееву сбежать! Моя жена и сын у тебя?

– Толик!! То-о-лик! – вскричала Анна. – Они украли Сережу!

И удивленно – к Воробьеву:

– Мой муж жив? Это правда?

Валерий продолжал слушать, что говорил ему Тропинкин. Через минуту он повернулся к Анне:

– Он жив! – и далее продолжил тоном приказа: – Вы остаетесь! Я еду к Анатолию Васильевичу. Он сейчас звонит в милицию, чтобы перекрыли все трассы, все дороги в аэропорт и на железнодорожный вокзал. Надо успеть задержать Дорофеева! Он будет пытаться выехать из страны вместе с вашим сыном.

***

Кирилла Сергеевича Дорофеева бог не обделил талантами, но перестарался со злобой и завистью и не дал необходимой для жизни доброты. Мать растила его почти в бедности, без отца, поэтому очень жалела, потакала всем капризам. И в итоге воспитала ужасного себялюбца и завистника. Кириллу хотелось преуспевать в жизни, но для этого у него не было возможностей, точнее – денежных средств. Он работал у Воробьевых почти с первого дня, как отец и сын основали свое предприятие. Понимал, что Валерий в семейном бизнесе – ноль без палочки, и надеялся благодаря своим талантам втереться в доверие к Воробьеву-отцу и стать его компаньоном по бизнесу. Смелые планы Дорофеева шагали и дальше, но их он пока не озвучивал даже самому себе.

Все шло гладко, пока на предприятии не появился Анатолий Тропинкин. Новый исполнительный директор очень скоро стал правой рукой босса. Кирилл Сергеевич подозревал, что Воробьев-отец хочет предложить Тропинкину часть акций предприятия, но помешать этому никак не мог. Тогда компьютерный гений решил разорить Воробьевых, тайно переводя деньги со счетов предприятия на свои собственные, открытые в банках за рубежом. Доведя семейный бизнес Воробьевых до полного банкротства, он намеревался приобрести его на торгах и таким образом утереть нос «всем выскочкам». Но как мы знаем, предприятие выкупил Анатолий Тропинкин, к тому времени уже имевший во владении собственный завод.

Эта неудача очень огорчила Дорофеева, но он не отступил. Продолжая оставаться «другом» и «доброжелателем» бывших работодателей, он начал плести интриги против Анатолия. Сначала пытался внушить Юрию Анатольевичу, что во всех его бедах виноват Тропинкин, однако не сумел даже поколебать веру старика в его молодого кумира. Тогда принялся за Воробьева-младшего. Понимал, что успеха тут не достичь, если не убрать с дороги Юрия Анатольевича, и вложил в его руку пистолет… «Самоубийство» выглядело очень убедительно. Дорофеев, конечно, слышал перешептывания и сомнения по этому поводу, но страшная тень даже легким крылом не задела его репутацию.

С Валерием Воробьевым Кириллу повезло больше. Тот был падок на лесть, жаждал власти и не обладал большим умом. И Дорофеев начал исподволь внушать ему то, что в свое время пытался внушить его отцу: во всех бедах семьи Воробьевых виноват Анатолий Тропинкин. Дескать, при его непосредственном участии было разорено семейное предприятие. Юрий Анатольевич застрелился потому, что не смог пережить крушение своего «детища», а потом и сопутствующего разорению позора. «Вывод напрашивается один, – намекал он Валерию. – Надо мстить!»

Когда Валерий Воробьев полностью оказался в его власти, Дорофеев решил, что пора приступать к осуществлению второй части плана. Смешно было думать, что Тропинкин согласился бы отдать Валерию отцовское предприятие, но Кирилл надеялся, что резкий ответ Анатолия разозлит Валерия Юрьевича, и тогда последний будет готов на многое. Так и получилось. Правда, Дорофеев убедил своего «подопечного», что взрыв будет несильный – только чтобы напугать заносчивого Анатолия, и все обойдется без трупов. Кирилла не пугала уголовная ответственность за содеянное – на него никто не подумает, он не при делах. Вся ответственность ляжет на Валерия Воробьева, которому – все знают – очень хотелось вновь стать магнатом.

Дорофеев не одобрил идею Валерия доставить мальчишку к матери. Пусть бы оставался пока в детском доме. Как быть с пацаном дальше, он бы потом придумал. Но этот недоумок Воробьев своим упрямством грозил сорвать всю операцию в тот момент, когда она уже была близка к успешному завершению.

А все-таки здорово получилось с похищением Сережи Тропинкина! Вспоминая ту ночь, Дорофеев самодовольно улыбался. Он сам, без чьей-либо помощи провернул все дело. Войти в здание не составило труда. У входа дежурила старушка-нянечка. Один «пшик» из баллончика, и «божий одуванчик» – во власти блаженного сна. То же произошло и с пацанятами – они сразу «вырубились» и не слышали, как он перекладывал их с постели на постель, передвигал кровати.

Когда Анна заполучила сына, Дорофеев понял, что теперь она не выполнит их условия – скорее умрет вместе со своим Сережей! «Воробьев совсем рехнулся! По-моему, он влюблен в Тропинкину! Она, конечно, женщина красивая, я и сам не против бы попользоваться. Только времени нет. А он может мне всю обедню испортить, причем именно сейчас, когда до финиша остается всего ничего». И Дорофеев решил немного поторопить события. Он забрал сына у спящей Анны и оставил его в своей комнате, строго-настрого приказав молчать. «Не то придут плохие дяди и убьют тебя и маму!»

«А ты разве хороший?» – хотел спросить мальчик, но не по-детски мудро рассудил, что в данной ситуации лучше промолчать.

Кирилл вернулся к Анне и стал требовать, чтобы она назвала код сейфа, где хранится вся деловая документация. Женщине показалось, что этот человек (кстати, она его видела впервые) способен на самые жестокие действия. Так и случилось. Не добившись требуемого, Дорофеев хотел ее задушить.

– Погоди! Скажу, – прохрипела она.

Память мучителя четко запечатлела набор желанных цифр. Оставив Анну («Все равно подохнет!»), он вместе с Сережей покинул свой «бункер».

Окончание в следующем номере

Валентина Индовицкая,
специально для
«Судебно-юридической газеты»

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Особенности урегулирования споров при участии судьи
Новости онлайн