Управление под запретом: суд в Солоном подчеркнул обязательность надлежащего уведомления водителя

Суд в поселке Солоне рассмотрел дело о привлечении водителя к административной ответственности за управление транспортным средством в период действия временного ограничения на право управления. В своем постановлении суд подчеркнул: сама наличие такого запрета не является достаточным основанием для наказания без доказательства осведомленности лица о его существовании. Это решение – о пределах допустимого доказывания в делах по части третьей статьи 126 КУоАП.

Суд не дописывает протокол: фабула – предел процесса

Солонянский районный суд Днепропетровской области рассмотрел дело №192/3268/25, которое касалось привлечения водителя к административной ответственности за управление транспортным средством в период действия временного ограничения на право управления.

Согласно протоколу об административном правонарушении, 9 декабря 2025 года в селе Василовка автомобилем марки «ВАЗ-2106» управлял водитель, «относительно которого постановлено временное ограничение права управления транспортными средствами постановлением об установлении временного ограничения должника в праве управления транспортными средствами». Именно это обстоятельство, по мнению полиции, образовывало состав административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 126 КУоАП.

В данном деле важно было установить не только факт управления транспортным средством, но и осведомленность водителя о наличии действующего временного ограничения права управления. Именно эта характеристика является определяющей для квалификации действий по части третьей статьи 126 КУоАП, поскольку ответственность наступает не автоматически с момента вынесения соответствующего постановления в исполнительном производстве, а при условии, что лицо знало или должно было знать о установленном запрете.

Особое внимание суд уделил содержанию самого протокола об административном правонарушении. В документе зафиксированы дата, время и место события, марка и регистрационный номер автомобиля, а также указано, что на момент управления транспортным средством действовало временное ограничение права управления, установленное в рамках исполнительного производства еще в апреле 2020 года. В то же время в протоколе отсутствуют какие-либо сведения о способе доведения этой информации до водителя, а также не указано: вручалось ли ему постановление исполнителя лично, направлялось ли почтовым отправлением или объявлялось иным предусмотренным законом способом.

Материалы дела не содержали подтверждений получения копии постановления о временном ограничении, доказательств ознакомления с его содержанием или сведений об отказе от подписи при его вручении. Также отсутствуют данные о направлении соответствующего постановления заказным письмом или о фиксации факта уведомления через электронные средства связи. Утверждение об осведомленности водителя о наличии ограничения оставалось лишь предположением, которое не было подтверждено никакими надлежащими и допустимыми доказательствами. Именно этот пробел в доказывании стал определяющим для оценки пределов судебного рассмотрения и допустимости дальнейшей правовой квалификации действий лица.

«При рассмотрении дела об административном правонарушении судья не вправе самостоятельно изменять в ущерб лицу фабулу, изложенную в протоколе об административном правонарушении, которая по сути представляет изложение обвинения в совершении определенного правонарушения, виновность в совершении которого конкретным лицом должна доказываться в суде. Судья также не имеет права самостоятельно искать доказательства виновности лица в совершении правонарушения, поскольку, действуя таким образом, судья неизбежно берет на себя функции обвинителя, лишаясь статуса независимого органа правосудия, что является нарушением ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод», – подчеркнул суд первой инстанции.

Неявка не равна вине: предположения – не факты

Лицо, в отношении которого составлен протокол, в судебное заседание не явилось, хотя было надлежащим образом уведомлено о дате, времени и месте рассмотрения дела. Причины неявки не сообщались, ходатайств о переносе рассмотрения не поступало. Рассмотрение дела состоялось за отсутствием правонарушителя, что соответствует положениям статьи 268 КУоАП, согласно которой участие лица в делах этой категории не является обязательным.

При анализе материалов суд исходил из общих конституционных принципов законности деятельности органов государственной власти и должностных лиц. Применение административной ответственности возможно исключительно при соблюдении установленной законом процедуры и при наличии всех элементов состава правонарушения. Административное правонарушение, согласно статье 9 КУоАП, должно быть противоправным, виновным и доказанным в предусмотренном законом порядке.

В материалах дела приведена практика Европейского суда по правам человека, в частности решение по делу «Карелин против России»: при отсутствии стороны обвинения суд не может самостоятельно искать доказательства виновности лица. В противном случае нарушается принцип равенства сторон и состязательности процесса, а лицо фактически лишается возможности защищаться от обвинения перед независимым и беспристрастным судом.

Именно с учетом этих стандартов суд пришел к выводу: предоставленных материалов недостаточно для установления субъективной стороны правонарушения. Факт существования постановления о временном ограничении сам по себе не является достаточным доказательством вины, если не доказано, что водитель был осведомлен о его принятии и содержании. При отсутствии таких доказательств отсутствует состав административного правонарушения.

Суд также обратил внимание на значительный временной разрыв между датой вынесения постановления об установлении временного ограничения и датой выявления факта управления транспортным средством. Между этими событиями прошло более пяти лет, что объективно повышает требования к доказыванию осведомленности лица о действии такого ограничения на момент остановки транспортного средства. В условиях длительного времени именно на орган, инициирующий привлечение к ответственности, возлагается обязанность доказать, что запрет существовал не только формально, но и был известен адресату.

С учетом всех этих обстоятельств суд постановил, что предоставленные материалы не дают возможности безоговорочно установить наличие всех элементов состава административного правонарушения. Факт управления транспортным средством был зафиксирован, однако субъективная сторона правонарушения – осознание водителем действия временного ограничения – осталась недоказанной. В таких условиях любое привлечение к ответственности противоречило принципу презумпции невиновности.

Согласно статье 247 КУоАП производство по делу не может быть начато, а начатое – подлежит закрытию, если отсутствуют событие или состав административного правонарушения. Административная ответственность не может основываться на предположениях или неполных доказательствах, а любые сомнения относительно доказанности вины трактуются в пользу лица, привлекаемого к ответственности.

Учитывая эти обстоятельства, суд постановил: дело о привлечении к административной ответственности по ч. 3 ст. 126 КУоАП – закрыть за отсутствием состава административного правонарушения.

Автор: Валентин Коваль

Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.