Лес без статуса: апелляция в Виннице обязала городской совет вернуться к земельному решению

Суд в Виннице подтвердил противоправность бездействия Хмельницкого городского совета в части непринятия решения о отнесении залесенных земельных участков к самозалесенным и внесении соответствующих сведений в Государственный земельный кадастр. Оставляя без изменений решение Хмельницкого окружного административного суда, Седьмой апелляционный административный суд установил: орган местного самоуправления не может избегать рассмотрения представления уполномоченного лесного органа.

Прокурор и интерес государства: стандарты доказывания

Седьмой апелляционный административный суд рассмотрел в порядке письменного производства апелляционную жалобу Хмельницкого городского совета на решение Хмельницкого окружного административного суда по делу №560/16740/24.

Этот спор возник из-за того, что Южно-Западное межрегиональное управление лесного и охотничьего хозяйства неоднократно обращалось к Хмельницкому городскому совету с представлениями о отнесении пяти земельных участков общей площадью 18,4 га к самозалесенным. Однако профильная постоянная комиссия совета отказывала в согласовании, в результате чего данный вопрос не выносился на пленарное заседание. Формально городской совет не принимал отрицательного решения, а просто не принимал никакого. Именно эта пауза стала предметом спора.

Заместитель руководителя Окружной прокуратуры города Хмельницкого обратился в суд первой инстанции с иском, в котором просил: признать противоправным бездействие Хмельницкого городского совета и обязать рассмотреть на сессии вопрос об отнесении залесенных земельных участков общей площадью 18,4 га к самозалесенным землям, а также внести соответствующие сведения в Государственный земельный кадастр. Решением Хмельницкого окружного административного суда этот иск был удовлетворен.

В свою очередь, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просил отменить указанное решение и принять новое постановление, отказав в удовлетворении иска. В обосновании апеллянт ссылался на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, нарушение норм процессуального права, что, по его мнению, привело к неправильному разрешению спора.

Постановление апелляционного суда в Виннице стало маркером того, где проходит граница между дискрецией органа местного самоуправления и его обязанностью действовать. Речь идет не только о 18,4 гектарах леса, но и о принципе: может ли городской совет не рассматривать вопрос, который закон прямо обязывает решить. Ведь лес в пределах громады – не только ресурс, но и юридический статус, который определяет режим использования земли, порядок ее учета и объем публичных обязанностей.

Седьмой апелляционный административный суд подтвердил выводы первой инстанции: бездействие Хмельницкого городского совета по непринятию решения о отнесении залесенных участков к самозалесенным является противоправным. Эта позиция выявляет сложное взаимодействие земельного и лесного законодательства, а также пределы прокурорского представительства.

Определяющим в этом деле стало право прокурора обращаться в суд в интересах государства. Конституция Украины предусматривает представительство интересов государства в исключительных случаях и в порядке, установленном законом. В то же время Закон «О прокуратуре» детализирует этот момент, связывая его с наличием нарушения или угрозы нарушения интересов государства и отсутствием надлежащей защиты со стороны компетентного органа.

Коллегия судей согласилась, что прокурор действовал в пределах полномочий. Управление лесного и охотничьего хозяйства имеет контрольные и организационные функции, однако не наделено правом обращения в суд с иском о обязании органа местного самоуправления принять решение относительно самозалесения. Таким образом, существующая ситуация соответствовала одной из моделей, определенных судебной практикой: компетентный орган существует, но не уполномочен на судебную защиту в конкретной форме.

Апелляционная инстанция подробно проанализировала подходы Верховного Суда к пониманию «интереса государства» как оценочного понятия. Речь идет не об абстрактной выгоде, а о материализованном публичном интересе, имеющем нормативную основу. В сфере охраны лесов таким интересом является обеспечение надлежащего правового режима земель, фактически покрытых лесной растительностью. Обследования, проведенные специалистами лесного хозяйства, подтвердили, что участки на 70-80 процентов покрыты лесом возрастом 40-60 лет. Игнорирование этого факта городским советом создавало риск несоответствия фактического состояния земель их правовому статусу.

Важно, что коллегия судей не заменила орган местного самоуправления и не приняла решение о отнесении земель к самозалесенным вместо городского совета. Судебное вмешательство ограничилось обязанностью – рассмотреть вопрос на сессии и внести соответствующие сведения в Государственный земельный кадастр в случае принятия решения. Такой подход соответствует принципу разделения властей и сохраняет баланс между судебным контролем и самостоятельностью общины.

Апелляционная жалоба городского совета основывалась преимущественно на утверждениях о неправильном применении норм материального и процессуального права. Однако коллегия судей подчеркнула: доводы апеллянта фактически повторяют позицию, изложенную ранее, не опровергая установленных обстоятельств. В центре внимания осталось бездействие – невыполнение обязательных действий при наличии предусмотренных законом оснований.

Коллегия судей также акцентировала внимание на стандарте мотивирования судебных решений, ссылаясь на подходы европейских институтов: суд не обязан отвечать на каждый аргумент, но должен засвидетельствовать, что рассмотрел основные вопросы. В данном деле такое исследование было проведено как в первой, так и в апелляционной инстанции.

Обязанность совета: между дискрецией и императивом

Лесной кодекс определяет самозалесенный участок как земельный участок площадью более 0,5 гектара, полностью или частично покрытый лесной растительностью, залеcение которой произошло естественным путем. Земельный кодекс устанавливает специальную процедуру отнесения таких земель к соответствующей категории – по представлению территориального органа, реализующего государственную политику в сфере лесного хозяйства.

В случае сформированных земельных участков, сведения о которых внесены в кадастр, изменение угодий на самозалесенные может осуществляться без разработки землеустроительной документации. Если же границы не определены или сведения отсутствуют, применяется более сложная процедура с подготовкой документации. В любом случае ключевым условием является решение органа местного самоуправления.

Именно на этом этапе возникла правовая коллизия между фактическим состоянием земель и волеизъявлением органа власти. Городской совет, ссылаясь на решение постоянной комиссии, не выносил вопрос на сессию, не конкретизируя мотивы отказа. Письма управления земельных ресурсов лишь фиксировали факт несогласования, но не содержали анализа картографических материалов или опровержения выводов лесников. Такое поведение, по оценке суда, не соответствовало требованиям надлежащего осуществления полномочий.

Коллегия судей исходила из того, что регулирование земельных отношений относится к исключительной компетенции совета и должно осуществляться на пленарных заседаниях. Отказ профильной комиссии не может заменять решение совета как коллегиального органа. Фактически речь шла о блокировании рассмотрения вопроса на этапе подготовки, что привело к длительной неопределенности правового статуса участков.

Бездействие в этом контексте – не просто отсутствие формального решения, а невыполнение обязанности рассмотреть представление компетентного органа. Закон не предоставляет права игнорировать такое представление; он предусматривает принятие решения – положительного или отрицательного – с соответствующим мотивированием. Именно отсутствие любого решения стало основанием для прокурорского и судебного вмешательства.

Признание бездействия противоправным имеет более широкий эффект, чем решение конкретного дела. Оно сигнализирует органам местного самоуправления, что экологические и земельные вопросы не могут оставаться вне повестки дня без правовых последствий. В контексте государственной политики по расширению лесистости это решение подчеркивает: природное залеcение – юридически значимый факт, который должен быть отражен в кадастре и учтен при планировании территории.

С учетом изложенного, суд постановил: апелляционную жалобу Хмельницкого городского совета оставить без удовлетворения, а решение Хмельницкого окружного административного суда от 23 января 2025 года – без изменений. Правовая позиция относительно обязанности рассмотреть вопрос самозалесения стала окончательной.

Коллегия судей не определяла заранее, каким должно быть содержание будущего решения городского совета, а лишь четко очертила обязанность действовать. Такой подход сочетает уважение к автономии громады с требованием соблюдения закона. В результате 18,4 гектара леса стали не только предметом спора, но и тестом на способность публичной власти реагировать на объективную реальность, зафиксированную специалистами. Это еще один пример того, как судебный контроль превращает административное бездействие в предмет юридической ответственности, а природный ландшафт – в объект правовой защиты.

Автор: Валентин Коваль

Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.