В деле «ANTONOV v. ESTONIA» ЕСПЧ высказался о праве на надежду для осужденных

ЕСПЧ 28.04.2026 года в деле «ANTONOV v. ESTONIA» постановил, что практика автоматического переноса даты начала отсчета минимального срока для досрочного освобождения превращает пожизненное наказание в «несокращаемое» de facto, что приравнивается к нечеловеческому отношению.

Заявитель, Андрей Антонов, находится под стражей с 1994 года. В 1996 году его приговорили к пожизненному заключению. Согласно эстонскому законодательству, лицо, осужденное пожизненно, может просить об условно-досрочном освобождении после отбытия как минимум 25 лет наказания.

Однако, находясь в тюрьме, Антонов совершил новые преступления (покушение на убийство, причинение телесных повреждений другим заключенным). Последний приговор был вынесен в 2021 году. Эстонские суды, руководствуясь своей практикой, применили механизм «совокупного наказания», который предусматривает, что 25-летний срок для права на условно-досрочное освобождение начинает отсчитываться заново с даты последнего приговора.

Таким образом, для Антонова дата, когда он мог бы впервые претендовать на свободу, фактически сместилась с 2019 года на 2046 год. Учитывая, что он находится за решеткой с 1994-го, общий минимальный срок до пересмотра дела составил бы более 50 лет.

Суд напомнил о своей устоявшейся практике (дело Vinter and Others v. the UK): пожизненное заключение не нарушает Статью 3 Конвенции только тогда, когда оно является сокращаемым de jure и de facto.

Это означает, что осужденный должен иметь «право на надежду» — четко знать, при каких условиях и когда его дело будет пересмотрено.

Суд заметил, что эстонская практика была противоречивой. В одних случаях суды «обнуляли» срок, в других — оставляли первоначальную дату. Такая путаница лишает осужденного правовой определенности.

Эстонская система не учитывала тяжесть нового преступления. Даже за относительно незначительное правонарушение 25-летний срок «обнулялся» так же, как и за убийство. Это было признано непропорциональной мерой.

Правительство Эстонии утверждало, что Антонов мог просить о помиловании у Президента. Однако ЕСПЧ постановил, что эта процедура в Эстонии не имеет надлежащих процессуальных гарантий, ее критерии не являются прозрачными, а решения Президента не подлежат судебному обжалованию. Следовательно, помилование не является адекватной заменой механизма условно-досрочного освобождения.

Суд подчеркнул, что пересмотр дела через 50 лет после начала отбывания наказания лишает осужденного любой реальной перспективы освобождения при жизни, что является унизительным для человеческого достоинства.

ЕСПЧ признал нарушение Статьи 3 Конвенции (запрет нечеловеческого или унижающего достоинство обращения).

Суд подчеркнул, что это решение не означает немедленного освобождения Антонова. Он остается опасным преступником, который совершал новые преступления в тюрьме. Тем не менее государство обязано создать такую систему пересмотра, которая бы:

• Была предсказуемой.
• Учитывала индивидуальные обстоятельства и прогресс в реабилитации.
• Не откладывала право на пересмотр на нереальные сроки из-за автоматических механизмов.

Решение по делу Антонова подтверждает, что любая попытка «спрятать» человека навсегда без реальной (а не декларативной) возможности пересмотра через определенное время (обычно до 25 лет) будет расценена Европой как пытки.

Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.