Доказательства в деле Александрова и Ерофеева были учтены все, — судья Н. Дидык

13:45, 1 июня 2016
О подробностях судебного разбирательства в эксклюзивном интервью «Судебно-юридической газете» рассказал судья Николай Дидык.
Доказательства в деле Александрова и Ерофеева были учтены все, — судья Н. Дидык

Наталья Мамченко,
«Судебно-юридическая газета»

 

Наверное, наиболее ярким событием минувшей недели стало возвращение украинской летчицы Надежды Савченко на Родину.

В свою очередь, задержанные в Украине и осужденные к 14 годам лишения свободы россияне Евгений Ерофеев и Александр Александров 25 мая прилетели в Россию.

Отметим, что такой обмен стал возможен после вынесения им приговора Голосеевским районным судом города Киева.

О подробностях судебного разбирательства в эксклюзивном интервью «Судебно-юридической газете» рассказал судья Николай Дидык.

– Одной из особенностей дела, насколько я понимаю, стало отсутствие широкой судебной практики по ст. 437 УК?

– Действительно, такая квалификация, которая поступила на рассмотрение нашего суда, достаточно новая для Украины. Нами изучались практика Европейского суда по правам человека, решения СНБО, Верховной Рады по поводу происходящих событий, публикации, монографии ученых, в т.ч. тех стран, которые столкнулись с ситуацией ведения агрессивной войны. Но, в первую очередь, мы анализировали доказательства, которые были предоставлены сторонами обвинения и защиты.

Мы давали правовую оценку каждому доказательству, предоставляемому стороной обвинения и стороной защиты, на предмет того, почему принимаем или не принимаем его во внимание. По результатам полного, всестороннего, объективного рассмотрения указанного уголовного производства мы пришли к заключению относительно квалификации действий обвиняемых, которое изложено в приговоре, обнародованном в Едином государственном реестре судебных решений сразу после оглашения.

– В ходе заседания суд изучал письмо за подписью главы «ЛНР» Игоря Плотницкого о результатах служебного расследования по поводу захвата украинской стороной Александра Александрова и Евгения Ерофеева. В свою очередь, сторона обвинения высказала позицию, что предоставленные защитой документы не являются официальными, т.к. подписаны и имеют реквизиты террористических группировок. Как Вы оценивали такое доказательство?

– Мы также давали этому правовую оценку, которая изложена на сегодняшний день в приговоре. Подчеркну, что мы делали все возможное, чтобы дать правовую оценку всем доказательствам на предмет того, являются ли они надлежащими и допустимыми. Это касается доказательств как стороны защиты, так и стороны обвинения. По результатам обсуждения мы пришли к выводу, почему принимаем или не принимаем во внимание те или иные доказательства — это уже вопрос, который решался в совещательной комнате. Но мы старались максимально оценить их в приговоре.

Дело само по себе очень сложное. Нужно было принять все меры, чтобы никоим образом не нарушить права сторон. Принцип состязательности, как было видно из процесса, был соблюден во всех аспектах. При этом стоит отметить, что на достаточно высоком профессиональном уровне осуществлялись как государственное обвинение представителями прокуратуры, так и защита подсудимых.

– Как известно, одно из вещественных доказательств в деле («винторез», изъятый у Евгения Ерофеева при задержании) было практически уничтожено после того, как спецслужбы его почистили. Принималось ли это во внимание судом?

– Мы также по этому поводу высказались в приговоре. Но для того, чтобы признать тот или иной предмет орудием совершения преступления, существует еще ряд других доказательств, которые судом были приняты во внимание, и по результатам их оценки решалось, признавать именно это оружие доказательством или нет.

– Стороной защиты было заявлено, что подсудимые являются военнопленными. Подпадают ли они под действие международных актов? К какой позиции пришел суд?

– Действительно, у стороны защиты была позиция, что их подзащитные являются военнопленными и не могут быть субъектами уголовных преступлений и нести уголовную ответственность в соответствии с нормами Уголовного кодекса Украины. Мы и этому предоставили правовую оценку, высказав отдельную позицию по этому поводу на предмет того, почему считаем, что при наличии тех или иных обстоятельств и доказательств, которые были предоставлены, они являются не военнопленными, а субъектами уголовных правонарушений, в совершении которых суд признал их виновными по результатам анализа доказательств.

– Сейчас некоторые представители общественности муссируют тему, что судьи должны были признать Ерофеева и Александрова виновными по всем пунктам обвинения. Почему суд оправдал россиян по обвинениям в контрабанде оружия, незаконном обращении с оружием и незаконном перемещении через границу?

– Пребывая в совещательной комнате, по результатам судебного рассмотрения и всесторонней оценки доказательств мы пришли к выводу, учитывая наличие в действиях лиц уголовного правонарушения в части ведения агрессивной войны, что сам факт ведения агрессивной войны не может быть без того же оружия, пересечения линии разграничения, которая, к слову, на тот момент была со стороны Украины, а не со стороны России (там линии разграничения не было). В итоге суд пришел к выводу, описав его в приговоре, что эти действия охватываются диспозицией одной ст. 437 УК, которая, к слову, является более тяжкой по отношении к тем статьям, по которым мы подсудимых оправдали», — подчеркнул судья.

Читайте о подробностях судебного разбирательства в полной версии эксклюзивного интервью судьи Николая Дидыка.

Следите за самыми актуальными новостями в наших группах в Viber и Telegram.
Как стать судьей: началась спецподготовка будущих судей
Сегодня день рождения празднуют
  • Светлана Мартьянова
    Светлана Мартьянова
    председатель Франковского районного суда Львова
  • Иван Феер
    Иван Феер
    судья Апелляционного суда Закарпатской области
Новости онлайн