Кто платит за коррупционеров: финансовый мониторинг залогов по проекту 15388
Антикоррупционная система Украины, создававшаяся как ответ на требования МВФ и Европейской комиссии, сегодня находится на этапе реформации. Десять лет деятельности НАБУ, САП и ВАКС позволяют подвести итоги, которые часто оказываются далекими от задекларированных целей выявления коррупции именно во «высших эшелонах власти». Статистика 2025 года свидетельствует о том, что система все чаще фокусируется на частном секторе и мелких делах, а институт залога превратился из инструмента гарантирования поведения в средство «ареста средств» или же в механизм безальтернативного лишения свободы.
Регистрация законопроекта № 15388 — довольно ожидаемое продолжение политики усиления контроля. Документ предлагает ввести обязательную проверку происхождения средств залога и сделать данные о залогодателях публичными.
Что предлагает законопроект №15388
Законопроект, инициированный группой народных депутатов, вносит фундаментальные изменения в статью 182 УПК Украины и профильный закон о предотвращении и противодействии легализации доходов, полученных преступным путем.
Законопроектом предлагается ввести открытость информации о залогодателях. В частности, Государственная судебная администрация Украины должна будет в течение трех рабочих дней обнародовать на своем официальном веб-сайте сведения о физическом или юридическом лице, внесшем залог, номер судебного дела и сумму внесенных средств.
Кроме того, банки и другие субъекты первичного финансового мониторинга до перечисления средств на депозитный счет суда должны будут провести идентификацию залогодателя, установить источник происхождения средств и осуществить надлежащую проверку в соответствии с требованиями законодательства в сфере финансового мониторинга.
Одной из ключевых новаций является предложенный механизм обращения залога в доход государства в случае, если законность происхождения средств не будет подтверждена. При этом такое решение предлагается применять независимо от того, выполнял ли подозреваемый или обвиняемый возложенные на него процессуальные обязанности. Это фактически создает отдельное правовое последствие, связанное именно с неподтвержденным происхождением средств залога, а не с нарушением условий меры пресечения.
Залог как «пороговая операция»: механизм AML-проверки
Согласно проекту, внесение залога становится «пороговой финансовой операцией», подлежащей обязательному информированию Госфинмониторинга независимо от суммы платежа.
В случае принятия документа банки и другие субъекты первичного финансового мониторинга должны будут не только идентифицировать залогодателя, но и проверить источник происхождения средств (Source of Funds), источник его состояния (Source of Wealth), а также установить характер связи между залогодателем и подозреваемым или обвиняемым, в частности является ли он родственником, работодателем, бизнес-партнером или связан другими правоотношениями.
Если же происхождение средств не будет подтверждено надлежащими документами или возникнут основания считать их нелегальными, субъект финансового мониторинга должен будет остановить проведение операции и действовать в соответствии с требованиями законодательства в сфере предотвращения легализации доходов, полученных преступным путем. Новые правила фактически интегрируют механизмы финансового мониторинга в процедуру внесения залога в уголовном производстве.
Статистика антикоррупционных дел: аргументы авторов законопроекта
Авторы законопроекта обосновывают необходимость изменений также анализом практики Высшего антикоррупционного суда за 2025 год. По их мнению, статистические данные свидетельствуют о тенденциях, требующих дополнительных процессуальных предохранителей.
В частности, по приведенным ими данным, 82% ходатайств детективов НАБУ, рассмотренных ВАКС в 2025 году, касались ареста имущества, проведения обысков и предоставления разрешений на негласные следственные (розыскные) действия. Также отмечается, что в среднем на одного подозреваемого приходилось около 10 обысков и 15 разрешений на проведение НСРД.
Кроме того, авторы законопроекта обращают внимание на структуру лиц, осужденных по делам, подсудным ВАКС. По приведенным данным, 43,5% из них были представителями государственного сектора, тогда как 56,5% составляли представители частного сектора, в частности предприниматели, адвокаты и физические лица-предприниматели.
Отдельно анализируется практика заключения соглашений о признании виновности. По утверждению авторов документа, доля приговоров, вынесенных на основании таких соглашений, выросла с 26% в 2021 году до 66% в 2025 году. По их мнению, одной из причин такой тенденции могут быть значительные размеры залогов, побуждающие подозреваемых соглашаться на заключение соглашений.
Возможные юридические риски законопроекта
В то же время предложенные изменения могут вызвать ряд правовых дискуссий относительно их соответствия конституционным гарантиям и действующему уголовному процессуальному законодательству.
В частности, норма о возможности обращения залога в доход государства в случае невозможности подтвердить законность происхождения средств может поднять вопрос о соблюдении принципа презумпции невиновности и гарантий права собственности. Фактически основанием для потери средств может стать не нарушение процессуальных обязанностей подозреваемым, а отсутствие надлежащего подтверждения источника происхождения средств залогодателя, что потребует оценки с точки зрения статьи 41 Конституции Украины и статьи 1 Первого протокола к Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод.
Отдельный вопрос касается соотношения предложенных изменений с процессуальными сроками, определенными Уголовным процессуальным кодексом. После вынесения определения о применении залога подозреваемый должен внести средства в установленный законом срок. В то же время проведение финансового мониторинга и проверки источников происхождения средств может потребовать дополнительного времени. При отсутствии специального механизма урегулирования такой ситуации могут возникать практические трудности с исполнением судебного решения.
Кроме того, предложенный механизм в значительной степени будет опираться на риск-ориентированный подход, предусмотренный Законом Украины № 361-IX. Это означает, что оценка достаточности подтверждения происхождения средств будет осуществляться субъектами первичного финансового мониторинга в соответствии с требованиями законодательства и собственными процедурами оценки рисков, что на практике может приводить к разному применению одинаковых норм.
Вместо итогов
Законопроект № 15388 является попыткой ввести финансовый контроль за происхождением средств, используемых для внесения залога в уголовных производствах. Идея о том, что залог за коррупционное преступление не должен уплачиваться средствами, добытыми в результате другой коррупции, является справедливой.
В то же время анализ практики Высшего антикоррупционного суда за 2025 год свидетельствует, что система уже характеризуется высокой интенсивностью процессуального вмешательства: 82% ходатайств НАБУ касались арестов имущества, обысков и негласных следственных (розыскных) действий, на одного подозреваемого приходилось около 10 обысков и 15 разрешений на НСРД, а 66% обвинительных приговоров были вынесены на основании соглашений, тогда как в 2021 году этот показатель составлял всего 26%. Такие показатели объективно требуют особого внимания к процессуальным гарантиям при внедрении новых механизмов контроля.
Именно поэтому эффективность законопроекта будет определяться не только его антикоррупционной целью, а и тем, насколько законодателю удастся сохранить баланс между интересами государства и конституционными правами личности. Без надлежащих процессуальных гарантий существует риск, что механизмы финансового мониторинга могут превратиться из инструмента проверки законности происхождения средств в дополнительный барьер для реализации права на залог.
Для минимизации таких рисков целесообразно предусмотреть четкий и исчерпывающий перечень документов, достаточных для подтверждения законного происхождения средств, предельные сроки проведения финансовой проверки, чтобы они не препятствовали исполнению определения суда о залоге, эффективный судебный механизм обжалования решений о приостановлении или отказе в проведении операции и законодательное определение критериев оценки источников средств, что минимизировало бы дискрецию банков и субъектов финансового мониторинга.
Только при наличии таких предохранителей законопроект №15388 сможет стать инструментом повышения прозрачности уголовного процесса, а не источником новых процессуальных коллизий и потенциальных ограничений права на свободу и права на защиту. Противодействие коррупции — это про справедливость, а справедливость невозможна без соблюдения прав человека.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
