ЕСПЧ признал непропорциональной конфискацию, которая вынуждает одного соучастника отвечать за весь преступный доход группы
Европейский суд по правам человека в деле Petrignani and Others v. Italy от 28 мая 2026 года рассмотрел вопрос конфискации имущества соучастников преступления на основании принципа солидарной ответственности и пришел к выводу, что такая практика может нарушать статью 7 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статью 1 Первого протокола к Конвенции.
Дело касалось трех заявителей, в отношении которых итальянские суды применили так называемую конфискацию по эквиваленту. Национальные суды применяли принцип солидарной ответственности без надлежащей оценки того, соответствует ли объем конфискации фактической доле выгоды и индивидуальной ответственности каждого соучастника.
Первый заявитель, бухгалтер, получил за свое участие в налоговой схеме 12 тысяч евро, однако суд разрешил конфискацию его активов на сумму более 5 миллионов евро — в размере всего налогового дохода, который, по оценке следствия, был получен всеми соучастниками.
Второй заявитель по делу о мошенничестве фактически получил около 27 тысяч евро, однако у него было конфисковано более 44 тысяч евро.
Третий заявитель, налоговый консультант, был осужден за участие в масштабной схеме уклонения от налогообложения. Несмотря на то, что налоговую выгоду получали компании-клиенты, а не он лично, суды постановили конфисковать его имущество на сумму более 36 миллионов евро, ссылаясь на его ключевую роль в создании и реализации схемы.
Решение ЕСПЧ
Рассматривая жалобы, ЕСПЧ напомнил, что статья 7 Конвенции закрепляет принцип законности наказания (nullum crimen, nulla poena sine lege). Лицо должно иметь возможность предвидеть не только то, какие действия являются уголовно наказуемыми, но и какое именно наказание может быть к нему применено.
Суд обратил внимание, что соответствующие положения итальянского законодательства прямо не предусматривали возможности конфискации всего преступного дохода с одного соучастника. Кроме того, на протяжении многих лет в национальной судебной практике существовали противоречивые подходы: одни суды поддерживали принцип солидарной ответственности, другие считали, что конфискация должна ограничиваться долей дохода, фактически полученной конкретным лицом.
ЕСПЧ подчеркнул, что такая непоследовательность продолжалась почти двадцать лет и была окончательно устранена лишь решением Объединенных палат Кассационного суда Италии в 2025 году, которые отказались от принципа солидарной ответственности при конфискации и указали, что каждый соучастник должен отвечать лишь в пределах фактически полученной им доли дохода.
В связи с этим Суд пришел к выводу, что в отношении третьего заявителя конфискация не имела достаточно четкой и предсказуемой правовой основы. Следовательно, было установлено нарушение статьи 7 Конвенции.
Отдельно Суд проанализировал вопрос соответствия вмешательства в имущественные права заявителей требованиям статьи 1 Первого протокола к Конвенции.
ЕСПЧ отметил, что конфискация сумм, превышавших доли заявителей в доходах от преступления, не была связана ни с их реальной выгодой от правонарушения, ни с тяжестью их поведения. Национальные суды автоматически применяли принцип солидарной ответственности и не проверяли, соответствует ли размер конфискации роли каждого соучастника.
Суд также отклонил аргумент правительства Италии о том, что лицо после конфискации может обратиться с регрессными требованиями к другим соучастникам. По мнению ЕСПЧ, такой подход фактически перекладывает на осужденного обязанность государства по взысканию долей преступного дохода с других лиц. Кроме того, существует риск неплатежеспособности соучастников, что делает такую возможность сугубо теоретической.
ЕСПЧ подчеркнул, что конфискация, направленная на восстановление имущественного положения, существовавшего до совершения преступления, не должна ставить лицо в худшее финансовое положение, чем то, в котором оно находилось до правонарушения. Изъятие имущества сверх фактически полученной выгоды означает утрату активов, не имеющих никакой связи с преступлением.
При таких обстоятельствах Суд признал, что примененная к заявителям конфискация возложила на них чрезмерное и непропорциональное бремя, а потому нарушила их право на мирное владение имуществом.
В итоге ЕСПЧ единогласно установил нарушение статьи 7 Конвенции в отношении Курчи, а также нарушение статьи 1 Первого протокола к Конвенции в отношении всех трех заявителей.
Следовательно, ЕСПЧ пришел к выводу, что автоматическое применение солидарной ответственности при конфискации может нарушать Конвенцию, если оно приводит к изъятию имущества сверх фактически полученной лицом выгоды от преступления либо не имеет достаточно четкой и предсказуемой правовой основы.
Дополнительно читайте в материале «Судебно-юридической газеты» о позиции ЕСПЧ, согласно которой перед задержанием журналиста государственные органы должны учитывать свободу прессы и интересы общественного порядка.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
