Почему грубая неосторожность потерпевшего не освобождает УЗ от компенсации и зачем доказывать умысел потерпевшего — практика Верховного Суда
Судебная практика по делам о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности (ИПО), всегда была полем столкновения интересов крупных корпораций-перевозчиков и пострадавших граждан. Особенно актуальным этот вопрос является в делах, касающихся трагических случаев на железной дороге, в метрополитене, аэропортах и других организациях, деятельность которых связана с использованием источников повышенной опасности.
Верховный Суд в постановлении от 6 июля 2026 года по делу № 173/2934/25 подтвердил неизменность подхода к применению норм об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Решение является показательным для практики, поскольку очерчивает границы ответственности перевозчика и разъясняет, когда ссылка на поведение потерпевшего не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности компенсировать причиненный вред.
Трагедия произошла на железнодорожной станции. Пассажирский поезд совершил наезд на пешехода, который получил несовместимые с жизнью травмы. Родственники погибшего — мать, дочь и жена — обратились в суд с иском о взыскании по 300 000 грн морального вреда каждой (матери и дочери) и 29 170 грн материального ущерба жене на погребение.
Служебное расследование железной дороги и постановление следователя о закрытии уголовного производства подтвердили отсутствие вины машиниста, указав, что причиной трагедии стала неосторожность самого потерпевшего.
Позиция судов первой и апелляционной инстанций
Районный суд Днепропетровской области, а впоследствии и Днепровский апелляционный суд пришли к одинаковым выводам относительно спорных правоотношений.
Суды исходили из того, что железная дорога как владелец источника повышенной опасности несет гражданско-правовую ответственность за причиненный вред независимо от наличия вины, если не докажет существование предусмотренных законом оснований для освобождения от такой ответственности.
В то же время материалы дела не содержали никаких надлежащих и допустимых доказательств того, что погибший действовал умышленно с целью лишения себя жизни. Следовательно, оснований для полного освобождения ответчика от ответственности суды не установили.
Вместе с тем суды учли, что потерпевший проявил грубую неосторожность, которая способствовала наступлению трагических последствий. Учитывая положения статьи 1193 Гражданского кодекса Украины, размер возмещения морального вреда был уменьшен с 300 тыс. грн до 200 тыс. грн каждому из двух истцов.
Кроме того, суды полностью задокументировали и удовлетворили требование о возмещении расходов на погребение в сумме 29 170 грн, отклонив возражения ответчика относительно надлежащего характера поданного товарного чека как доказательства понесенных расходов.
Философия правосудия в делах об источнике повышенной опасности
Железная дорога подала кассационную жалобу, выдвинув новую правовую конструкцию. Ответчик утверждал, что сознательное пребывание лица на путях перед поездом является «косвенным умыслом» по аналогии со ст. 24 УК Украины. По мнению железной дороги, если лицо осознает опасность и сознательно ее допускает, это должно считаться умыслом потерпевшего в понимании ч. 5 ст. 1187 ГК Украины, что является основанием для полного освобождения от ответственности.
Верховный Суд согласился с выводами судов предыдущих инстанций и оставил их решения без изменений.
Суд подчеркнул, что нормы гражданского законодательства самостоятельно и полно регулируют вопросы ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Положения статей 1187 и 1193 Гражданского кодекса Украины четко разграничивают умысел потерпевшего, который может быть основанием для освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности, и грубую неосторожность, которая является основанием лишь для уменьшения размера возмещения.
Суд отдельно отметил, что применение к таким правоотношениям уголовно-правовой конструкции косвенного умысла является безосновательным, поскольку гражданское законодательство не содержит пробелов, которые требовали бы применения аналогии закона.
Верховный Суд также подчеркнул, что именно на владельца источника повышенной опасности возлагается обязанность доказать наличие умысла потерпевшего на причинение вреда самому себе. В данном деле не было предоставлено надлежащих доказательств того, что погибший сознательно стремился к собственной смерти.
Оценивая размер компенсации, Верховный Суд пришел к выводу, что определенное судами предыдущих инстанций возмещение морального вреда в размере 200 тыс. грн каждому из двух истцов соответствует принципам разумности, взвешенности и справедливости, с учетом грубой неосторожности потерпевшего и в то же время необратимости утраты близкого человека.
Значение решения для судебной практики
Постановление Верховного Суда имеет важное значение для дальнейшего формирования единой практики в спорах о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности.
Прежде всего, Суд подтвердил, что отсутствие уголовной ответственности работников предприятия, в частности машиниста, само по себе не освобождает владельца источника повышенной опасности от гражданско-правовой ответственности за причиненный вред.
Кроме того, Верховный Суд обратил внимание на вопрос доказывания расходов на погребение, согласившись с выводами судов предыдущих инстанций о том, что товарный чек может быть надлежащим доказательством понесенных расходов, если в совокупности с другими доказательствами подтверждает факт их осуществления.
В то же время Суд подтвердил устоявшийся подход, согласно которому нарушение потерпевшим правил безопасности не является безусловным основанием для освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности. При отсутствии доказанного умысла потерпевшего такое поведение может быть учтено только при определении размера возмещения в соответствии со статьей 1193 Гражданского кодекса Украины.
Согласно нормам Гражданского кодекса Украины, на которые ссылается суд в этом деле, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на любое лицо (физическое или юридическое), которое на соответствующем правовом основании владеет таким источником.
Ответственность несет законный владелец — это может быть собственник, лицо, владеющее имуществом на основании иного вещного права, договора аренды, подряда и т.д. Это касается и метрополитена, и аэропортов, и любых других организаций, деятельность которых связана с использованием объектов, создающих повышенную опасность.
Источником повышенной опасности признается деятельность, связанная с использованием, хранением или содержанием транспортных средств, механизмов и других объектов, которые из-за своих свойств создают опасность, не поддающуюся полному контролю человека. Сюда, безусловно, относятся поезда метро, самолеты в аэропортах или моторные плавсредства на лодочных станциях.
Главной особенностью является то, что владелец обязан возместить вред независимо от наличия его вины. Даже если работники, например, машинист метро или пилот, не нарушали никаких правил, организация-владелец все равно несет гражданско-правовую ответственность.
Закон предусматривает только два исключительных обстоятельства, при которых владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности:
- Если вред был причинен в результате непреодолимой силы (чрезвычайные и неотвратимые события внешнего характера).
- Если вред был причинен в результате умысла потерпевшего (когда лицо не только предвидело, но и желало либо сознательно допускало наступление вреда себе, например, при совершении суицида).
При этом, если имела место грубая неосторожность самого потерпевшего, например, нарушение правил пребывания на объектах транспорта, это не освобождает владельца от ответственности полностью, а может лишь служить основанием для уменьшения размера возмещения.
Статья 3 Конституции определяет жизнь и здоровье человека как высшую социальную ценность. В конфликте между имущественными интересами крупной корпорации и правом на жизнь, или правом родных на компенсацию потери жизни, закон априори становится на сторону человека. Суд подчеркивает, что «установить цену человеческой жизни и вернуть близкого человека невозможно», поэтому компенсация является лишь «справедливой сатисфакцией».
Справедливо ли, что владелец платит полную сумму, если виноват потерпевший? С точки зрения права, справедливость заключается не в поиске виновного в трагедии, а в возложении обязанности компенсации на ту сторону, которая сознательно эксплуатирует смертельно опасную технику. Однако, если в действиях потерпевшего есть грубая неосторожность, размер выплаты должен быть уменьшен, чтобы не создавать условий для неосновательного обогащения.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
