Государство отвечает за действия своих военнослужащих даже при отсутствии эффективного контроля над частью территории — ЕСПЧ

Европейский суд по правам человека вынес решение по делу V.T. and Others v. Azerbaijan от 18 июня 2026 года, в котором рассмотрел вопрос юрисдикции государства во время международного вооруженного конфликта, а также ответственности за пытки и лишение жизни лица, оказавшегося под контролем военнослужащих другого государства.

Решение имеет важное значение для практики применения Конвенции, поскольку подтверждает, что вооруженный конфликт не исключает ответственности государства за нарушения гарантированных Конвенцией прав и свобод.

Обстоятельства дела

Заявителями были родители и сестра военнослужащего H.T., который служил майором в армии непризнанной «Нагорно-Карабахской Республики».

2 апреля 2016 года во время боевых действий вблизи села Талыш H.T. вместе с водителем H.G. отправился доставлять боеприпасы на другую военную позицию. Военный грузовик попал в засаду и был обстрелян. Все шины автомобиля были прострелены, а в кабине обнаружены многочисленные следы крови.

После нападения H.T. отправил со своего телефона сообщение другому военнослужащему со словами: «Меня подстрелили».

Тело водителя H.G. было найдено в тот же день обезглавленным. Тело H.T. обнаружили следующим утром неподалеку от места нападения.

Судебно-медицинская экспертиза установила, что H.T. получил тяжелые огнестрельные ранения, лишившие его возможности самостоятельно передвигаться. После ранения он оставался жив от тридцати минут до двух часов и мог совершать осознанные движения, однако не мог самостоятельно ходить.

Эксперты пришли к выводу, что непосредственно перед смертью ему отрубили обе руки, а причиной смерти стало травматическое отсечение головы. Голова была отделена от тела еще при жизни потерпевшего.

Отрубленные части тела так и не были возвращены семье, а захоронение состоялось без них.

Заявители также предоставили доказательства того, что фотография отрубленной головы H.T. была опубликована в социальных сетях пользователем, которого они идентифицировали как азербайджанского военнослужащего.

Позиция ЕСПЧ

Прежде всего Суд рассмотрел вопрос юрисдикции в соответствии со статьей 1 Конвенции.

ЕСПЧ отметил, что двумя основными критериями экстерриториальной юрисдикции являются эффективный контроль государства над территорией и власть и контроль государственных агентов над конкретным лицом.

Суд указал, что нет никаких сомнений в том, что государство может обладать экстерриториальной юрисдикцией в отношении жалоб, касающихся событий, произошедших во время активных боевых действий. Решение по делу Ukraine and the Netherlands v. Russia не может рассматриваться как полностью исключающее юрисдикцию государства по статье 1 Конвенции в течение определенной фазы международного вооруженного конфликта.

Вместе с тем Суд указал, что отсутствуют признаки эффективного контроля над соответствующей территорией со стороны любого из двух государств, участвовавших в вооруженном конфликте, по состоянию на 2 апреля 2016 года.

Оценивая обстоятельства дела, ЕСПЧ отметил, что утверждения заявителей о развитии событий, приведших к предполагаемым пыткам и незаконному убийству H.T. азербайджанскими военнослужащими, а также представленные в их подтверждение доказательства являются правдоподобными.

Суд подчеркнул, что обстоятельства, при которых погиб H.T., а именно сначала получение ранений во время интенсивного обстрела военного автомобиля, а затем его захват и убийство азербайджанскими военнослужащими, ясно свидетельствуют о контроле над H.T. либо о непосредственной близости к нему.

ЕСПЧ пришел к выводу, что существовали власть и контроль государственных агентов над H.T. в отношении событий, на которые жаловались заявители. Соответственно, эти события подпадают под юрисдикцию Азербайджана для целей статьи 1 Конвенции.

Переходя к оценке жалобы по статье 2 Конвенции, Суд подчеркнул, что даже в ситуациях международного вооруженного конфликта гарантии Конвенции продолжают применяться, а ее положения должны толковаться в гармонии с международным гуманитарным правом.

ЕСПЧ отметил, что H.T. был убит азербайджанскими военнослужащими, действовавшими как агенты государства-ответчика, после того как был ранен и поэтому не мог защищать себя или даже самостоятельно передвигаться.

Суд подчеркнул, что такое поведение не было совместимо с международным гуманитарным правом.

Поскольку правительство Азербайджана не предоставило убедительного объяснения обстоятельств смерти H.T. и не доказало наличие каких-либо оснований, которые могли бы оправдать применение смертельной силы, Суд установил нарушение статьи 2 Конвенции.

Рассматривая жалобу по статье 3 Конвенции в отношении самого H.T., ЕСПЧ отметил, что причинение этих повреждений отличалось чрезвычайной степенью жестокости. Судебно-медицинское заключение описывает, в частности, отсечение рук H.T. при жизни, после чего произошло обезглавливание, ставшее причиной смерти.

Суд подчеркнул, что особый характер таких повреждений безусловно свидетельствовал о намеренном стремлении виновных лиц причинить очень серьезные и жестокие страдания.

При таких обстоятельствах ЕСПЧ пришел к выводу, что доказано, что H.T. стал жертвой тяжкого физического насилия до своей смерти, которое представляло собой пытки, ответственность за которые несет государство-ответчик.

Отдельно Суд оценил страдания родственников погибшего.

ЕСПЧ обратил внимание на то, что отец был вынужден опознавать изувеченное тело сына во время судебно-медицинской экспертизы, семья получила информацию об обстоятельствах его гибели, а фотографии отрубленной головы стали публично доступными. Кроме того, части тела так и не были возвращены семье, что сделало невозможным надлежащее захоронение.

Суд отметил, что моральные страдания, которые испытали заявители, должны были причинить им глубокую и длительную душевную боль.

ЕСПЧ подчеркнул, что эти моральные страдания были вызваны изувечением и жестоким убийством H.T., а также невозможностью вернуть отсутствующие части его тела и провести надлежащее захоронение.

По выводу Суда, такие обстоятельства представляли собой обращение, унижающее достоинство, в понимании статьи 3 Конвенции.

Таким образом, ЕСПЧ установил нарушение статьи 2 Конвенции в связи с незаконным лишением жизни H.T., нарушение статьи 3 Конвенции вследствие его пыток перед смертью, а также отдельное нарушение статьи 3 в отношении моральных страданий его родителей и сестры.

Фактически Суд сформулировал важную правовую позицию, согласно которой даже при отсутствии эффективного контроля над территорией государство может нести ответственность за нарушения Конвенции во время вооруженного конфликта, если его военнослужащие осуществляли фактическую власть и контроль над конкретным лицом.

Дополнительно предлагаем ознакомиться с другой позицией ЕСПЧ, в которой Суд признал непропорциональной конфискацию, вынуждающую одного соучастника отвечать за весь преступный доход группы.

Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.