ЕСПЧ признал несправедливым суд над полицейским из-за нерассмотренных доводов о провокации взятки

Европейский суд по правам человека вынес решение по делу «CUCEROV v. THE REPUBLIC OF MOLDOVA», установив нарушение статьи 6 § 1 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку национальные суды не дали надлежащей оценки утверждениям заявителя о провокации к совершению преступления.

В ЕСПЧ обратился бывший патрульный полицейский, осужденный за получение взятки и превышение служебных полномочий.

По версии следствия, в конце декабря 2012 года патрульный полицейский незаконно изъял у водителя водительское удостоверение без оформления процессуальных документов и потребовал 1500 молдавских леев за его возврат. После завершения военной службы водитель обратился в Национальный антикоррупционный центр с жалобой на вымогательство взятки. По санкции прокуратуры правоохранители провели специальные следственные мероприятия, в ходе которых были задокументированы передача денег и возврат водительского удостоверения. После этого полицейского задержали.

Суды Молдовы признали полицейского виновным в получении взятки и превышении служебных полномочий. Ему назначили пять лет лишения свободы условно с трехлетним испытательным сроком, пятилетним запретом работать в правоохранительных органах и штрафом.

В своих жалобах полицейский утверждал, что после января 2013 года почти десять месяцев не контактировал с водителем и не предпринимал никаких действий, направленных на получение денег.

Решение ЕСПЧ

ЕСПЧ признал жалобу заявителя по статье 6 § 1 Конвенции приемлемой.

Оценивая критерий провокации, ЕСПЧ обратил внимание на доводы заявителя о том, что после января 2013 года он почти десять месяцев не контактировал с водителем и не предпринимал никаких действий, направленных на получение денег. Кроме того, заявитель утверждал, что водитель мог без значительных затрат получить новое водительское удостоверение в Агентстве государственных услуг, поэтому не имел объективной необходимости предлагать деньги за возврат старого документа.

Суд отметил, что именно водитель после длительного перерыва возобновил контакт с заявителем, поэтому дело относится к категории тех, в которых необходимо проверять наличие возможной провокации. В то же время ЕСПЧ не смог однозначно установить, был ли заявитель действительно спровоцирован на совершение преступления. Материалы дела содержали противоречивые обстоятельства: с одной стороны, заявитель почти год удерживал водительское удостоверение без оформления каких-либо документов, а с другой — именно водитель инициировал дальнейший контакт, не зная, сохранил ли заявитель удостоверение и будет ли требовать деньги.

При таких обстоятельствах Суд пришел к выводу, что утверждения заявителя о провокации не были явно необоснованными, а потому национальные суды были обязаны надлежащим образом их проверить. ЕСПЧ также напомнил, что если обвиняемый приводит небезосновательные доводы о провокации, сторона обвинения должна доказать ее отсутствие. Если таких доказательств нет, именно суды обязаны исследовать все фактические обстоятельства дела и установить, имело ли место подстрекательство.

Однако в данном деле суды всех трех инстанций фактически не рассмотрели доводы заявителя о провокации. Верховный суд Молдовы отказался анализировать этот аргумент, указав, что он якобы не заявлялся в судах нижестоящих инстанций, хотя материалы дела свидетельствовали, что заявитель ссылался на него на каждом этапе производства.

В результате ЕСПЧ пришел к выводу, что национальные суды не проверили, привели ли действия водителя к подстрекательству заявителя к совершению преступления, а также существовали ли признаки того, что преступление было бы совершено и без такого вмешательства. Они не проанализировали фактические и правовые обстоятельства, которые позволили бы отличить провокацию от законной формы оперативной деятельности.

Учитывая использование доказательств, полученных в результате действий, проводившихся под контролем полиции, без надлежащей оценки доводов о провокации, ЕСПЧ признал, что уголовное производство не соответствовало требованиям справедливого судебного разбирательства, гарантированного статьей 6 § 1 Конвенции.

Заявитель просил присудить ему 2 тыс. Евро компенсации морального вреда, однако Суд пришел к выводу, что установление самого факта нарушения Конвенции является достаточной справедливой сатисфакцией, и отказал в удовлетворении этого требования.

Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.