ЕСПЧ поддержал арест обвиняемых в государственной измене за передачу РФ видео военных укреплений ВСУ
ЕСПЧ принял решение 23 июля 2026 года по делу Kolesnyk and Smelnytskyy v. Ukraine («Колесник и Смельницкий против Украины», заявления № 24465/23 и № 25217/23), в котором оценил соответствие статье 5 §§ 1 и 3 Конвенции длительного содержания под стражей лиц, обвиняемых в преступлениях против национальной безопасности, по правилам украинского законодательства, введенного после начала полномасштабного вторжения РФ.
Практическое значение этого решения заключается в том, что Суд подробно оценил совместимость специальных правил УПК Украины, введенных во время военного положения, с гарантиями статьи 5 Конвенции.
Обстоятельства дела
Служба безопасности Украины 29 июля 2022 года задержала двух бывших сотрудников полиции в Харькове. По версии следствия, 27 июля они снимали украинские военные укрепления и военную технику, после чего передали видеозаписи через Telegram-каналы, которые использовались российскими спецслужбами для сбора информации и осуществления подрывной деятельности против Украины.
Согласно материалам производства, один из заявителей управлял автомобилем, а другой осуществлял видеосъемку камерой, установленной на автомобиле, что позволило зафиксировать местонахождение украинских оборонительных позиций. Впоследствии видео было передано в соответствующие Telegram-каналы.
Первоначально заявителям сообщили о подозрении в несанкционированном распространении информации о расположении Вооруженных Сил Украины во время военного положения, однако уже через несколько дней следствие переквалифицировало обвинение на государственную измену. Следователь указал, что собранные материалы свидетельствуют о передаче информации с целью содействия подрывной деятельности России против Украины.
Национальные суды неоднократно продлевали срок содержания заявителей под стражей. Они исходили из наличия обоснованного подозрения, риска скрыться, незаконного воздействия на свидетелей, воспрепятствования расследованию, уничтожения доказательств и возможности совершения новых преступлений против национальной безопасности. При этом суды учитывали семейное положение, положительные характеристики и отсутствие судимостей, однако пришли к выводу, что эти обстоятельства не устраняют указанные риски.
В ЕСПЧ заявители обратились с жалобами на отсутствие обоснованного подозрения, произвольную переквалификацию обвинения и необоснованную продолжительность содержания под стражей.
Позиция ЕСПЧ
ЕСПЧ отметил, что для возникновения обоснованного подозрения должны существовать факты или информация, которые могли бы убедить объективного наблюдателя в том, что соответствующее лицо могло совершить уголовное правонарушение. При этом такие факты не должны достигать уровня доказательств, необходимых для вынесения обвинительного приговора или даже для предъявления официального обвинения.
Суд подчеркнул, что само по себе изменение правовой квалификации обвинения на ранней стадии уголовного производства не является необычным. Заявители не привели убедительных аргументов, которые свидетельствовали бы об отсутствии фактических оснований для обвинения в государственной измене или о том, что переквалификация была осуществлена недобросовестно.
ЕСПЧ отметил, что любая система обязательного содержания под стражей несовместима с требованиями статьи 5 § 3 Конвенции. В то же время положения украинского законодательства, введенные во время военного положения, не устанавливают автоматического содержания под стражей, поскольку не лишают суды полномочий определять залог, а лишь освобождают их от обязанности делать это в отношении отдельных категорий преступлений.
Суд подчеркнул, что национальные суды установили конкретные риски сокрытия, уничтожения доказательств, незаконного воздействия на свидетелей и совершения новых уголовных правонарушений, ссылаясь на индивидуальные обстоятельства именно этого дела. Поэтому он не усмотрел оснований ставить под сомнение оценку этих рисков, осуществленную украинскими судами.
ЕСПЧ отметил, что, хотя мотивировка отдельных постановлений о продлении содержания под стражей была краткой и существенно не менялась с течением времени, сама по себе краткость мотивов не означает нарушения статьи 5 § 3 Конвенции, если необходимость содержания под стражей уже была надлежащим образом обоснована предыдущими судебными решениями с учетом конкретных фактов дела.
Суд подчеркнул, что оценка разумности срока содержания под стражей должна осуществляться с учетом конкретного контекста дела. В этом деле особое значение имели беспрецедентные обстоятельства полномасштабного вторжения России в Украину, которые представляли угрозу государственности, независимости и самому существованию Украины. Эти обстоятельства имеют особый вес, когда правосудие осуществляется в прифронтовых регионах, как это было в Харькове.
В то же время ЕСПЧ отметил, что заявители не доказали отсутствия надлежащей процессуальной тщательности со стороны органов власти. Несмотря на то что содержание под стражей продолжалось более двух лет, материалы дела не свидетельствовали о неоправданных задержках рассмотрения, которые можно было бы поставить в вину государству.
ЕСПЧ признал приемлемыми жалобы по статье 5 § 3 Конвенции, однако пришел к выводу об отсутствии нарушения этого положения. Суд также отклонил как явно необоснованные жалобы на отсутствие обоснованного подозрения по статье 5 § 1 Конвенции.
Таким образом, Суд подтвердил, что даже в чрезвычайных условиях длительное содержание под стражей должно основываться на индивидуальной оценке конкретных рисков, однако особые обстоятельства полномасштабной войны и осуществление правосудия в прифронтовых регионах могут учитываться при оценке разумности такого ограничения свободы.
Ранее «Судебно-юридическая газета» также анализировала решение ЕСПЧ по делу Derevyanko and Tarasova v. Ukraine (заявления № 39465/23 и № 43066/23), принятое в тот же день, в котором Суд пришел к противоположному выводу и установил нарушение статьи 5 § 3 Конвенции. ЕСПЧ подчеркнул, что даже в условиях военного положения одна лишь тяжесть обвинения в преступлениях против национальной безопасности не оправдывает содержание под стражей, а украинские суды обязаны приводить индивидуализированные, надлежащие и достаточные основания для применения такой меры пресечения.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
