Верховный Суд: лишение свободы и задолженность по уплате алиментов не являются автоматическими основаниями для лишения родительских прав
Верховный Суд в составе коллегии судей Первой судебной палаты Кассационного гражданского суда рассмотрел дело о лишении отца родительских прав по иску матери ребенка, которая ссылалась на длительное уклонение ответчика от исполнения родительских обязанностей, неуплату алиментов, отсутствие участия в воспитании сына и отбывание им наказания в местах лишения свободы.
Предметом кассационного пересмотра стал вопрос о наличии правовых оснований для применения такой исключительной меры семейно-правовой ответственности, как лишение родительских прав.
Обстоятельства дела
В сентябре 2024 года мать несовершеннолетнего ребенка обратилась в суд с иском к отцу о лишении его родительских прав. В качестве третьего лица к участию в деле был привлечен орган опеки и попечительства.
Иск был мотивирован тем, что стороны состояли в зарегистрированном браке с 26 июня 2011 года, в котором родился сын. После расторжения брака по решению суда от 3 октября 2014 года ребенок остался проживать вместе с матерью.
Другим решением суда от 3 октября 2014 года с отца были взысканы алименты на содержание сына в размере одной четвертой части всех видов заработка (дохода), но не менее установленного законом минимального размера, начиная с 13 августа 2014 года и до достижения ребенком совершеннолетия.
Истец указывала, что ответчик длительное время не исполнял решение суда об уплате алиментов, вследствие чего образовалась значительная задолженность, которая была погашена лишь единовременным платежом в конце февраля 2024 года.
Кроме того, она отмечала, что приговором суда по уголовному делу ответчик был осужден к восьми годам лишения свободы за совершение тяжкого преступления, предусмотренного частью второй статьи 121 Уголовного кодекса Украины.
По мнению истицы, после расторжения брака отец полностью самоустранился от исполнения родительских обязанностей, не поддерживал никакого контакта с сыном, не принимал участия в его воспитании, не интересовался состоянием здоровья, обучением и развитием ребенка, не навещал его и не оказывал моральной поддержки.
Отдельно подчеркивалось, что ребенок является лицом с инвалидностью с детства, нуждается в постоянном лечении, реабилитации и повышенном внимании, однако ответчик не принимал участия в обеспечении этих потребностей. Истица указывала, что самостоятельно обеспечивает надлежащие условия для проживания, лечения, воспитания и развития сына, при этом никаких препятствий для общения отца с ребенком не создавала.
Истец также обращала внимание, что из-за отсутствия какого-либо контакта с ответчиком не имеет возможности получать от него предусмотренные законом согласия на решение вопросов, связанных с реализацией прав и интересов ребенка, что существенно осложняет исполнение ею родительских обязанностей.
Ссылаясь на указанные обстоятельства, она просила суд лишить ответчика родительских прав в отношении сына.
Решения судов предыдущих инстанций
Решением Александровского районного суда г. Запорожья от 22 декабря 2025 года иск был удовлетворен. Суд лишил ответчика родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына и разрешил вопрос о распределении судебных расходов.
Суд первой инстанции пришел к выводу, что имеющиеся в деле доказательства подтверждают сознательное уклонение ответчика от исполнения родительских обязанностей и его длительное самоустранение от участия в воспитании ребенка. Суд критически оценил доводы о том, что прохождение военной службы и последующее содержание под стражей являлись объективными препятствиями для общения с ребенком.
При принятии решения суд учел заключение органа опеки и попечительства о целесообразности лишения ответчика родительских прав, показания свидетелей, письменные доказательства фактического исполнения матерью родительских обязанностей, а также мнение несовершеннолетнего ребенка, который выразил нежелание поддерживать отношения и общаться с отцом.
Суд первой инстанции пришел к выводу, что лишение ответчика родительских прав отвечает наилучшим интересам ребенка и обеспечивает его надлежащее воспитание и развитие. При разрешении спора суд применил положения статей 164 и 166 Семейного кодекса Украины с учетом правовых выводов Верховного Суда и практики Европейского суда по правам человека.
Постановлением Запорожского апелляционного суда от 11 марта 2026 года решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.
Апелляционный суд исходил из того, что лишение родительских прав является исключительной мерой семейно-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при условии доказанности сознательного и окончательного уклонения лица от исполнения родительских обязанностей. По мнению суда, материалы дела не подтверждают, что ответчик окончательно утратил интерес к ребенку или не намерен участвовать в его воспитании.
Суд апелляционной инстанции указал, что ответчик выражает намерение восстановить отношения с сыном, тогда как истица и орган опеки и попечительства не привели достаточного обоснования необходимости применения именно такой крайней меры воздействия.
Апелляционный суд также пришел к выводу, что заключение органа опеки и попечительства носит рекомендательный характер, не содержит надлежащего анализа фактических обстоятельств дела и не может служить достаточным основанием для лишения родительских прав. Кроме того, суд отметил, что пребывание лица под стражей является объективным обстоятельством, препятствующим исполнению им отдельных родительских обязанностей. При разрешении спора апелляционный суд применил правовые выводы Большой Палаты Верховного Суда и Верховного Суда, сформулированные по аналогичным правоотношениям.
Правовые выводы Верховного Суда
Верховный Суд отметил, что предметом кассационного пересмотра является правильность применения судами норм материального и процессуального права при разрешении спора о лишении отца родительских прав на основании пункта 2 части первой статьи 164 Семейного кодекса Украины в связи с уклонением от исполнения родительских обязанностей.
Суд подчеркнул, что при разрешении любого спора, касающегося ребенка, определяющим является принцип обеспечения его наилучших интересов. Именно поэтому ключевым вопросом по делу стало выяснение того, что в наибольшей степени отвечает интересам несовершеннолетнего ребенка — сохранение или прекращение правовой связи с биологическим отцом.
Верховный Суд обратил внимание, что принцип обеспечения наилучших интересов ребенка закреплен в статье 51 Конституции Украины, Конвенции о правах ребенка, Законе Украины «Об охране детства», а также последовательно применяется в практике Европейского суда по правам человека.
Суд подчеркнул, что при определении наилучших интересов ребенка необходимо учитывать два взаимосвязанных критерия. Во-первых, по общему правилу интересам ребенка соответствует сохранение семейных связей, если семья не является явно неблагополучной или непригодной для воспитания ребенка. Во-вторых, ребенок должен воспитываться в стабильной, безопасной и благоприятной среде, обеспечивающей его гармоничное развитие.
Верховный Суд указал, что лишение родительских прав является исключительной мерой семейно-правовой ответственности, которая допускается лишь при наличии достаточных, убедительных и надлежащим образом доказанных оснований. Сам по себе факт неисполнения отдельных родительских обязанностей или наличие конфликта между родителями не свидетельствует автоматически о необходимости применения такой крайней меры.
Суд напомнил, что уклонение от исполнения родительских обязанностей имеет место лишь тогда, когда поведение матери или отца является виновным, сознательным и свидетельствует о систематическом пренебрежении своими обязанностями по физическому, духовному, нравственному, культурному и образовательному развитию ребенка. Вместе с тем каждое дело требует индивидуальной оценки всех установленных обстоятельств, а лишение родительских прав не может применяться автоматически лишь вследствие формального наличия отдельных нарушений.
Верховный Суд отдельно обратил внимание, что пребывание лица в местах лишения свободы само по себе не является безусловным основанием для лишения родительских прав. Такое обстоятельство подлежит оценке в совокупности с другими доказательствами и не освобождает суд от необходимости установить наличие виновного поведения, направленного на сознательное уклонение от исполнения родительских обязанностей.
Коллегия судей согласилась с выводом апелляционного суда о том, что по данному делу отсутствуют достаточные доказательства окончательного разрыва правовой и семейной связи между ответчиком и ребенком, а также отсутствуют надлежащие основания для вывода о том, что ответчик полностью утратил намерение участвовать в жизни сына.
Верховный Суд указал, что сам по себе факт наличия задолженности по уплате алиментов, ее последующее погашение, а также отбывание наказания не могут автоматически свидетельствовать о наличии предусмотренных законом оснований для лишения родительских прав без комплексной оценки всех фактических обстоятельств дела.
Оценивая заключение органа опеки и попечительства, Верховный Суд подчеркнул, что такое заключение носит рекомендательный характер и не является обязательным для суда. Суд вправе не согласиться с ним, если оно недостаточно мотивировано, не содержит надлежащего анализа фактических обстоятельств либо не доказывает, что лишение родительских прав действительно отвечает наилучшим интересам ребенка.
Коллегия судей согласилась с выводом апелляционного суда о том, что представленное органом опеки и попечительства заключение не содержало достаточного обоснования необходимости применения именно такой крайней меры воздействия и не подтверждало, что лишение родительских прав является единственным способом защиты прав и интересов ребенка.
Верховный Суд также отметил, что апелляционный суд надлежащим образом исследовал все имеющиеся в деле доказательства, дал им правовую оценку в совокупности и пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для лишения ответчика родительских прав.
Суд отдельно обратил внимание, что правовые выводы, изложенные в постановлениях Верховного Суда, на которые ссылалась заявительница, не подлежат применению в данном деле, поскольку они основывались на иных фактических обстоятельствах. В каждой категории подобных споров суд должен оценивать конкретную доказательственную базу, а не применять ранее принятые решения формально.
Верховный Суд также сформулировал важный правовой вывод относительно повторного обращения с иском о лишении родительских прав. Если ранее суд уже отказал в удовлетворении такого иска, исходя из того, что лишение родительских прав является крайней мерой воздействия, то при повторном рассмотрении дела изменяется распределение бремени доказывания. В таком случае именно тот из родителей, в отношении которого повторно заявлено требование о лишении родительских прав, должен доказать изменение своего отношения к исполнению родительских обязанностей, опровергнуть доводы об их ненадлежащем исполнении и подтвердить это надлежащими и допустимыми доказательствами.
Подводя итог, Верховный Суд согласился с выводами апелляционного суда об отсутствии по делу № 331/5638/24 достаточных правовых оснований для применения такой исключительной меры семейно-правовой ответственности, как лишение родительских прав.
По результатам кассационного пересмотра Верховный Суд оставил кассационную жалобу без удовлетворения, а постановление Запорожского апелляционного суда — без изменений, признав, что оно принято с правильным применением норм материального и процессуального права.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
