Возможность судебного рассмотрения вопроса об освобождении из-под стражи для прохождения военной службы не может зависеть от инициативы прокурора — КСУ обнародовал решение
Конституционный Суд сообщает, что Второй сенат на пленарном заседании рассмотрел дело и принял Решение № 7-р(II)/2026 по конституционной жалобе Гениевского Евгения Анатольевича относительно конституционности абзаца второго части первой статьи 616 Уголовного процессуального кодекса Украины. Судья-докладчик по делу – Виктор Городовенко.
В соответствии с абзацем вторым части первой статьи 616 Кодекса «по результатам рассмотрения ходатайства, предусмотренного абзацем первым настоящей части, прокурор имеет право обратиться к следственному судье или суду, рассматривающему уголовное производство, с ходатайством об отмене этому лицу меры пресечения в виде содержания под стражей для продолжения и/или прохождения военной службы по призыву во время мобилизации, на особый период и/или военной службы по контракту лиц рядового, сержантского, старшинского и офицерского состава».
Заявитель отмечает, что абзац второй части первой статьи 616 Кодекса нарушает конституционные права обвиняемого на обращение в суд, предусмотренные статьей 8 Конституции Украины, на обжалование действий/бездействия должностных лиц органов прокуратуры в суде, предусмотренное статьей 55 Конституции Украины, а также основные принципы судопроизводства, в частности равенство всех участников судебного процесса и состязательность сторон, закрепленные в статье 129 Конституции Украины.
Исследуя вопросы, поднятые в конституционной жалобе, Конституционный Суд Украины подчеркнул, что право на свободу и личную неприкосновенность является фундаментальной конституционной ценностью, естественным правом человека и неотъемлемой составляющей его достоинства и автономии; содержание этого права взаимосвязано с приоритетом человеческого достоинства, принципом верховенства права (правовластия).
Конституционный Суд Украины отметил, что продолжающаяся широкомасштабная вооруженная агрессия Российской Федерации против Украины обусловила объективную необходимость соответствующих изменений национального правового регулирования, в частности в сфере уголовного процесса, путем внедрения новых юридических институтов и процессуальных механизмов, не присущих ни национальному правопорядку, ни устоявшимся международным стандартам, которые формировались в мирное время. Такие изменения имеют определенные Конституцией Украины пределы. Законодатель не имеет права изменять конституционно определенный порядок применения мер уголовно-процессуального принуждения, роль суда в нем и функциональное разграничение процессуальных полномочий его участников таким образом, который приводит к искажению их конституционной сущности, даже в условиях вооруженной агрессии.
Введение специальных процессуальных механизмов в сфере уголовного производства, обусловленных объективными потребностями государства, в частности связанными с обеспечением его обороноспособности, не допускается, если оно приводит к формированию механизмов осуществления задач уголовного процесса, выходящих за пределы конституционной модели правосудия либо нивелирующих конституционные гарантии прав человека и принцип верховенства права (правовластия).
Конституционный Суд Украины подчеркнул, что в конституционном правопорядке Украины суд является единственным органом, уполномоченным осуществлять контроль за законностью вмешательства в право лица на свободу и личную неприкосновенность. Любые иные формы контроля не могут рассматриваться как эквивалент судебного контроля в понимании статьи 29 Конституции Украины. Предписания статей 29, 55, частей первой, второй, третьей статьи 124, части первой статьи 127 Конституции Украины, в частности в аспекте пункта 4 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года и практики Европейского суда по правам человека относительно его применения, ни в коем случае нельзя толковать как допускающие замену судебного контроля за вмешательством в право лица на свободу и личную неприкосновенность контролем со стороны прокурора или другого должностного лица даже в случае введения специального механизма освобождения лица из-под стражи. Это также исключает возложение на органы или должностных лиц, которые не являются судами и действуют как стороны состязательного уголовного производства, полномочий, реализация которых фактически обусловливает или блокирует доступ подозреваемого, обвиняемого к суду по вопросу, касающемуся его свободы.
Оценивая оспариваемое законодательное регулирование, Конституционный Суд Украины обратил внимание, что хотя процедура рассмотрения следственным судьей, судом ходатайства прокурора, поданного в порядке, определенном абзацем вторым части первой статьи 616 Кодекса, формально не изменяется, механизм обращения в суд именно прокурора, а не стороны защиты, обусловливает изменение его процессуальной роли. В таком случае прокурор, поддерживая перед судом ходатайство, с которым он сам обратился, фактически выступает не как сторона обвинения, а как субъект, заинтересованный в его удовлетворении, что по своей процессуальной природе нетипично для стороны обвинения, но характерно для стороны защиты. Поскольку привлечение другого прокурора для участия в рассмотрении такого ходатайства законом не предусмотрено, это обусловливает необходимость для следственного судьи, суда самостоятельно выявлять и оценивать обстоятельства, которые могут препятствовать удовлетворению ходатайства. В таких условиях суд фактически вынужден выполнять функцию оппонента стороны защиты, что приводит к смещению процессуального баланса и в определенной степени означает принятие судом на себя функций стороны обвинения.
Конституционный Суд Украины также пришел к выводу, что основные принципы судопроизводства, определенные частью второй статьи 129 Конституции Украины, хотя формально и направлены на осуществление судом правосудия, по своему содержанию и назначению не ограничиваются стадией непосредственного судебного рассмотрения дела. Эти принципы оказывают нормативное влияние на формирование законодателем процессуальных механизмов доступа к суду, а законодательное регулирование не может устанавливать такие процедурные условия, которые делают невозможной или существенно затрудняют реализацию указанных основных принципов судопроизводства вследствие ограничения доступа лица к суду. Следовательно, определяя порядок инициирования судебного контроля, законодатель обязан обеспечить, чтобы соответствующие процессуальные условия не нивелировали содержание основных принципов судопроизводства и не препятствовали их полноценной реализации как при осуществлении правосудия, так и на этапе обращения в суд. Наделение прокурора, который осуществляет функцию обвинения, процессуальными полномочиями, реализация которых ставит в зависимость от воли прокурора возможность судебного рассмотрения по существу ходатайства подозреваемого, обвиняемого об освобождении из-под стражи для продолжения и/или прохождения военной службы, а также полномочиями, присущими стороне защиты, не согласуется с конституционным предназначением прокуратуры, определенным статьей 131¹ Конституции Украины, вследствие чего также возникает риск смешения процессуальных функций сторон и суда, что, в свою очередь, может негативно влиять на соблюдение таких основных принципов судопроизводства, как состязательность сторон и равенство участников судебного процесса перед законом и судом, а также ставить под сомнение беспристрастность суда и влиять на реализацию права лица на судебную защиту.
Конституционный Суд Украины отметил, что установленный абзацем вторым части первой статьи 616 Кодекса во взаимосвязи с абзацем первым этой части статьи 616 Кодекса процессуальный механизм, согласно которому возможность судебного рассмотрения вопроса об отмене подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде содержания под стражей для продолжения и/или прохождения военной службы поставлена в зависимость от инициативы прокурора, существенно ограничивает реальный и эффективный доступ подозреваемого, обвиняемого к судебному контролю за дальнейшим лишением свободы и тем самым допускает вмешательство в содержание прав, гарантированных статьями 29, 55 и 63 Конституции Украины в их взаимосвязи с пунктами 1, 3, 5 части второй статьи 129 Конституции Украины.
При этом даже вмешательство в сферу конституционных прав и свобод при наличии правомерной цели должно соответствовать принципу соразмерности — составляющей принципа верховенства права (правовластия), закрепленного в статье 8 Конституции Украины, и другим установленным Конституцией Украины критериям допустимости ограничений права лица на свободу и личную неприкосновенность, права на судебную защиту и права подозреваемого, обвиняемого, подсудимого на защиту, гарантированных статьями 29, 55, частью второй статьи 63 Конституции Украины, в их взаимосвязи с основными принципами судопроизводства, закрепленными пунктами 1, 3, 5 части второй статьи 129 Конституции Украины.
Подписывайтесь на наш Тelegram-канал t.me/sudua и на Google Новости SUD.UA, а также на наш VIBER и WhatsApp, страницу в Facebook и в Instagram, чтобы быть в курсе самых важных событий.
